– Я не знаю, – ответил он. – Возможно, мой путь окажется долгим. Но я вернусь. Я обязательно вернусь. Ложь. Грубая и бездарная ложь!
Он никуда не вернется, он никого не спасет. Его никогда не выпустят больше за пределы его мира, если, конечно, вообще выпустят в мир. Для многих таких, как он, домом становится маленькая, тесная комната с белыми мягкими стенами и высоким потолком. Очень и очень надолго. Другие не видят даже этого…
– Мы все будем ждать вас, мой господин.
– Пошлите гонцов к князю Рандаю. Попросите его от моего имени, пускай ни в коем случае не начинает войны с Крейдом до моего возвращения, как бы долго я ни отсутствовал. Он не сможет помочь своей дочери. Я сам спасу ее. Я обещаю. И, пока я не вернусь, мое графство переходит в его руки.
– Я лично исполню вашу просьбу, мой господин. – Глаза стражника горели воодушевлением, словно его только что провозгласили гард‑рыцарем Гритты и рек Зеленой долины. Нет, к сожалению, Ноуре не подходил на эту роль, не мог стать вождем своего народа, способным управлять княжеством в отсутствие князя. Арсон годился для этого, но Арсон мертв. Пусть правит Шидрон. Только вот сколько осталось старику? Пять‑десять лет? А что потом? Кондор Игрей и его дочь были его надеждой. Но теперь… Внезапно Кондор поймал себя на мысли, что слишком сильно беспокоится о том, что, в общем‑то, не должно его волновать. Какая ему, собственно, разница, начнет князь Рандай собственный крестовый поход или нет, и что будет с его владениями завтра. Зачем ему это все? Он больше не Игрей, не князь Гритты и рек Зеленой долины. Он… А кто он? Артем Ливагин, журналист еженедельного журнала «Краски жизни»? А может, Кондорат Ару, боевой агент Службы Контроля и Охраны Параллелей? Кто он? Кто?!
– Мой господин… – Спасительный голос Ноуре вывел его из транса.
– Извини дружище, задумался, – сказал Кондор, открыв глаза и стараясь, чтобы его голос звучал как можно ровнее.
– Мой господин, вы летите! – Стражник изумленно взирал на своего князя, парящего в воздухе. Перезарядка трансмеризатора завершилась. Началась новая трансформация мерности его тела.
– Врата открылись, – величественным тоном произнес Кондор, подыгрывая ситуации. – Я покидаю этот мир. Немедля садись на коня и уезжай отсюда. Битва проиграна, а ты стоишь на земле Крейда. Если его воины заметят тебя, то убьют. Уезжай немедленно. Я уже не смогу защитить тебя. Не забудь ничего из сказанного мной.
– Все ваши приказания будут исполнены, – на прощание пообещал стражник.
Не оглядываясь больше на исчезающего Кондора, Ноуре вскочил в седло и, пришпорив коня, поскакал прочь. Кондор остался один, медленно ускользая из мерности этой параллели. Второй раз трансмеризация уже не казалась ему столь впечатляющим событием. Рутинный переход в другой вариант, как сказал бы Кондорат Ару, боевой агент СКОП.
