Кондорат! Помоги!Наркотическая вуаль накрывала сознание, путала мысли, застилала глаза. Океан мыслей, несущий волны безумия… Он приближался, шипел, яростно бился о скалы разума, разбрасывая клочья ядовито‑желтой пены забвения. Он наступал, он поглощал, он топил. И когда, казалось, уже не будет спасения от этой ревущей пустоты, Кондор вдруг вспомнил… То немногое, что осталось в нем от настоящего Кондората Ару, вновь проснулось. «Иккенетол», – вкрадчиво прошептал голос из подсознания, подсказывая Кондору тот единственный путь к спасению, который он так искал.Да! Конечно! Иккенетол! Синтетический гормон, выделяемый надпочечными железами. В экстремальной ситуации иккенетол в десятки раз ускоряет расщепление СП‑белка, переключает нанореакторы организма в термоактивный режим, использующий энергию горения атомов водорода, и координирует процессы обмена веществ, вследствие чего многократно повышается реакция, увеличиваются сила и выносливость тела, но, что самое главное на данный момент, он стимулирует высшую нервную деятельность организма. Стимулирует работу мозга! То, что нужно! Пусть Кондор не в силах вывести снотворное из своего организма, но он сможет бороться с его воздействием, подавить наркотический эффект и не дать усыпить себя. Только вот есть одна проблема… Железы не работают спонтанно. Необходимо заставить их. Но как?! Раньше его обучали всем премудростям управления собственным телом, но теперь это выжжено из его сознания.«Ару! Ару, черт тебя дери! Куда ты опять пропал, когда так нужен?! Помоги мне! Помоги!»«Твое тело – совершенная машина, – вновь прошептал далекий голос. – Машину можно включить. Только поверни нужный рычаг».Включить машину? Повернуть рычаг… Тело наносинтона – сложнейший механизм, полностью самодостаточная система, более совершенная, чем организм любого другого существа. Универсальная по сравнению с телом человека. Мощная биосинтетическая машина и мозг, как пульт управления. Находишь нужную кнопку, нажимаешь ее, система начинает работать. Все чертовски просто.И Кондор «нажал кнопку». Нажал так, как только позволило его затухающее воображение. Он представил железы, дремлющие в бездействии. Маленькие упругие шарики, разбухшие от неиспользованного гормона. Нежно, словно боясь повредить, он сжал их невидимыми пальцами сознания, легонько надавил, и вот наконец освобожденный из своего заточения иккенетол уже сочится сквозь микроскопические капилляры желез, смешивается с кровью и струится по артериям, наливая тело Кондора невиданной доселе силой.Сознание вернулось практически мгновенно. Подобного эффекта Кондор не ожидал, но был чертовски ему рад. Действие гормона оказалось столь мощным, что моментально заглушило действие снотворного, прояснив мозг. Словно еще минуту назад он находился в абсолютно темной комнате, а затем кто‑то взял и включил свет.
