Но ты мне не откажешь. Ты крепко держишь мою ладонь в своей загорелой руке. Тогда я была такая худенькая, что ты мог обхватить пальцами мою руку в самом широком месте и они бы сомкнулись. Я сказала себе: «Надеяться не на что». И я поддалась, позволила тебе затащить меня в клуб и бросить в кресле за низким столиком, вся поверхность которого была усыпана скорлупками арахиса и листьями табака, похожими на обрывки нити. За полосой света у рампы дюжина молодых парней играла на скрипках и банджо; у одного была губная гармошка, у другого – мальчика, сидящего на стуле (ты видел!), – пила, согнутая, как буква S. Он сгибал ее сильнее, и выпрямлял, и бил по ней молотком, и все это под крики людей. А пожилой мужчина – старше, чем ты сейчас, – с белой, всклокоченной бородой пел, и я тогда не понимала ни слова (будто по-английски и совсем не похоже на английский). Все стояли, кроме мальчика, мужчина пел и отбивал ритм, громко постукивая ботинком по полу сцены. Подошел негр и спросил, что мы будем пить. Ты сказал, чтобы он был так любезен и принес две бутылки пива. Я спрашивала себя: «Где я и кто я?» Мне был тридцать один год. Десять лет мы женаты. Алессио умер. «Где я и кто я?» Мальчик все лупил по пиле, заставляя ее визжать в одном хоре со скрипками, банджо и губной гармошкой, стариком, поющим на незнакомом языке, одновременно притопывая и хлопая в ладоши. Ты не выпускал мою руку. Мои родные умерли. Я сама их убила. Появился негр с пивом и разлил его по стаканам. У меня не было уже никакой надежды ни на что. Свет рампы отбрасывал мужские тени на зеленую стену за их спинами. У меня не было ни прошлого, ни родной страны, куда можно вернуться, мне не на что было надеяться, оставался лишь этот человек, сжимавший мою руку так крепко, что я ее почти не чувствовала. Мужчины на сцене подпрыгнули, старик что-то выкрикнул и тоже подпрыгнул, подошвы его ботинок с громким звуком соприкоснулись с полом, и все перестали играть. Я видела, как мальчик сунул молоток под стул и взял у одного из скрипачей протянутый ему смычок. Затем мальчик уперся концом пилы в ботинок и провел смычком по тому краю пилы, что без зазубрин. Все мгновенно замолкли. Никто не пошевелился, кроме самого мальчика с пилой, негр понес бутылку к столику на улице.
Звук раздался прямо в моей голове. Ты помнишь этот звук острого страдания, смешанного с чем-то еще? Чем-то, от чего я не могла… избавиться, страдания где-то в самой глубине, звук, рушащий надежды, похожий на детский смех.
Через минуту старик бешено затопал и запел, музыканты заиграли на банджо. Я никак не могла перевести дыхание. Ты отпустил мою руку, коснулся губами уха и сказал: «Перестань плакать». Я даже не поняла, что плачу, пока ты мне не сказал. Мне казалось, я смеялась. Я смеялась, как и пила мальчика, – так смеется ребенок. Мне казалось, что надеяться уже не на что. Я ни на что не надеялась. И не могла сдержать смех. Часы на сцене показывали 19:30. Пахло сплюнутым табаком и попкорном.
Должен же ты когда-нибудь. Ты должен открыть рот и выпить теплого. Если должен. А потом, и тебе это известно, ты обязан помочь мне и открыть рот, так вот, потом ты поможешь мне погрузиться на самое дно умершего, безвозвратного прошлого.
Ты ведь помнишь, правда? Того мальчика со свирепым взглядом и едва заметным пушком на щеках? То, как ты касался губами моего уха, словно мы были одни, и как завопил старик? Мы выпили причитающееся на ужин. Старик наконец ушел со сцены, сел у печки в зале и заснул.
Мы пробыли там до одиннадцати, слушали, как играют парни.
Эта книга была написана при содействии Центра изящных искусств в Провинстауне, Мастерской писателей Айовы, Фонда Миченера – Коперника, Американо-итальянской комиссии Фулбрайта, мастерской Макдауэлл и Корпорации Яддо; а также благодаря бесценным советам Рика Баро, Сары Беккер, Сары Браунштейн, Билла Клегга, Майкла Думаниса, Тима Эрли, Джейми Гордона, Ванессы Хван Луи, Джона Майкла Макдональда, Фионы Мак-Крей, З. З. Пакер, Роджера Скиллингса, Дженнифер Спраг, Джастина Тассинга и Эмили Шелтон.
Произведения Сальваторе Шибоны были опубликованы в Threepenny Review, Best New American Voices 2004 года, The Pushcart Book of Short Stories: лучшие работы за четверть века премии Pushcart. Это его первая книга.
Руководитель редакционной группы
Ответственный редактор
Литературный редактор
Арт-директор
Дизайн обложки
Корректоры
ООО «Манн, Иванов и Фербер»
mann-ivanov-ferber.ru
