— Так мне будет проще. Не хочу прощаться, зная, что ты меня ненавидишь. Я не собираюсь оправдываться, Кирюха. Я сделал то, что должен был. Защитил своего брата. После боя с некромантом ты надорвался, и жить тебе оставалось ровно двое суток. Миранэ обещала спасти тебя и выполнила обещание. Ты будешь жить. Она выделила мне в общей сложности 20 билетов в новую эпоху. Я взял на себя ответственность и раздал их наиболее подходящим людям, с которыми тебе будет легче выжить в новом мире. Я только что отправил им сообщения, где рассказал о произошедшем. Они подготовят базу для вашего появления. Я знаю тебя очень хорошо, ты не сможешь простить мне предательства, поэтому меня в этом списке нет. Это наша последняя встреча. Александр Владимирович прав. Наше общество слишком прогнило и погрязло в коррупции. Я понимаю, что своим поступком подписал смертный приговор миллиардам людей, и далеко не все из них были плохими, но в том-то и проблема, хороших людей во власти крайне мало, и, как правило, все они занимают незначительные должности и ни на что не могут повлиять. Именно тебе придётся это изменить. Сплоти вокруг себя друзей и заложите основу нового, справедливого порядка. Я верю, что тебе это по силам.
Брат подхватил моё тело, и через несколько минут я узнал коридор, ведущий к лифту. Но мы поехали не на поверхность, а, наоборот, спустились глубже. Саша уложил меня в капсулу, предоставленную компанией «Криосон». В течение получаса он переместил в капсулы всех обитателей бункера и начал погружать друзей в сон.
— Я не доверяю Миранэ, будет лучше, если вы погрузитесь в криосон. Она говорила, что от усыпляющего реагента спрятаться невозможно, что он способен проникнуть на большую глубину, и выжить не сможет никто, но от реагента вас защитит сыворотка. Я установил таймер на 500 лет. Изначально планировал сделать временной промежуток меньше, но после того как ты рассказал о проклятье Асшарра, я изменил время погружения. Ресурса реактора должно хватить с запасом. Вам будет сложно, у Александра Владимировича большая фора, но я в тебя верю и рассчитываю, что остальные сумеют выжить и заложить материальную базу к моменту вашего возвращения. Текст послания твоим друзьям ты найдешь на моём планшете, пароль тебе известен. Прочитай его, и ты поймёшь чего ожидать. Продолжай идти своим путём и веди за собой людей. — Неожиданно брат покачнулся и часто заморгал. Видимо, Миранэ перешла к активным действиям и запустила усыпляющий газ. — Прощай, брат, и если сможешь, прости.
Саша обхватил мою голову руками и прикоснулся своим лбом к моему. Простояв так несколько секунд, он нажал на сенсор и повалился на пол. Я взвыл от отчаяния. Чёрт, Сашка, ну как же так, зачем? Мы бы справились, вытянули. Горе поселилось в душе. Я бессильно наблюдал, как закрывается стеклянная крышка капсулы, как вдруг, совершенно неожиданно, перед глазами возникли буквы системного текста:
— Генетическая нейронная блокировка разрушена, все наложенные ограничения развития личности сняты. Доступ к единому информационному полю галактики разблокирован. Уровень личного совершенствования — 0. Внимание, ваш организм подвергается действию неизвестного отравляющего вещества. Внимание, опасность, превышен порог воздействия на нейроны головного мозга. Немедленно покиньте зону поражения, в противном случае имеется большой шанс развития спонтанной необратимой мутации.
Чёрт, что за странная системка? Стоп, какое, к чёрту, системное сообщение в реале? Что здесь происходит? Додумать мысль я не успел. Неожиданно тело пронзил нестерпимый холод. Аппаратура капсулы запустила введённую братом программу, отправляя меня в криосон на долгие 500 лет.
Немолодой мужчина с жёстким, волевым лицом, как будто выточенным из камня, стоял возле капсулы. За прозрачным стеклом лежала девушка, в голове которой застряла его дочь. Император звёздного народа Лэндов был хмур. Ему нужно принять очень непростое решение. Миранэ справилась со своей задачей и предотвратила катастрофу, но цена этого оказалась слишком велика. Любимая младшая дочь оказалась заперта в чужом сознании, и император не знал, как освободить её. Технология нейронной визуализации была ещё слишком сырой, и хоть учёные сочли её использование условно безопасным, полных гарантий сохранности сознания они дать не могли. Слишком мало было проведено исследований, а Миранэ вообще использовала технологию без понимания принципов её работы.
