- Вы хотите сказать, все эти дни его не было в школе? - в хрипловатом голосе появляется угроза, и, пожалуй, она предназначена не только непутёвому сыночку, а ещё и мне, как носителю недобрых вестей. И всему остальному миру тоже.
- Ну да, - повторяю я совершенно спокойно. - Он же плохо себя чувствовал. Ведь так вы писали в записках?
- В записках?
Кажется, мистер Адлер не отличается особой сообразительностью. Но это и неудивительно, раз малолетнему Сэмюэлю легко удаётся водить папашу за нос. Мужчина раздражённо сопит в трубку, словно готовящийся к атаке бульдог, – так он переваривает услышанное.
- Вы же видели репорт по итогам триместра? - подливаю масла в огонь. - Сэм приносил мне расписку, что вы с ним ознакомились.
- Вот дьявол, - тихонько бормочет мистер Адлер, забывая о том, что я всё слышу. - Совсем забыл про этот репорт. - И произносит уже громко, для меня: - Я нигде не расписывался. - И ещё громче и раздражённей: - И в глаза не видел эти ваши итоги!
- Хм, - ничего не говорю, предоставляю ему право самостоятельно сделать выводы.
- Сэм! Ну-ка быстро иди сюда! - орёт мистер Адлер, на этот раз прикрывая рукой телефон, но его истошный крик легко прорывается сквозь подобное препятствие.
Я наблюдаю за ним через окно его собственного дома, прячась за стволом огромного старого дерева, растущего во дворе. Мистер Адлер стоит посреди холла в растянутой майке с почти стёршимся изображением белого медведя и засаленных джинсах с отвисшими коленками. Он недавно вернулся с работы, и накопившаяся за день усталость только разжигает его гнев.
Наверху лестницы, ведущей на второй этаж, появляется Сэм. Выражение лица настороженное. Он что-то говорит, но я, конечно, не слышу, только вижу, как шевелятся его губы.
Мистер Адлер разворачивается в сторону сына, но даже по его затылку заметно, как сильно он раздражён.
- И ещё, - произношу в телефон, дожидаюсь короткого «да», которое подтверждает, что папаша меня слышит. - Мне очень неприятно об этом говорить, но, кажется, Сэм без спроса заимствует вещи у одноклассников и не торопится возвращать. - Нарочно заменяю слово «ворует» менее прямолинейным. Я же очень тактичный и заботливый учитель. - В последнее время вы не находили у него чего-то, что ему не принадлежит?
- Что? - рычит в ответ мистер Адлер. Похоже, он окончательно лишился возможности адекватно формулировать мысли, но они отлично читаются на его лице. Даже Сэм, ничего не знающий о содержании разговора, угадывает их и не торопится спускаться.
- На вашем месте, - добавляю как можно мягче и обходительнее, - я бы проверил его карманы и школьную сумку. Не найдётся ли в них чужих вещей?
- Что? - во второй раз рычит мистер Адлер, хотя всё прекрасно понимает. Уверен, в продолжение разговора смысла уже нет. Цель достигнута.
- Извините, что пришлось вас побеспокоить, - кротко выдыхаю в телефон, - но, мне кажется, вы должны быть в курсе. Не так ли? Всего доброго.
Прерываю соединение ещё до того, как собеседник успевает ответить. Ничего хорошего я от него явно не услышу. Мистер Адлер вот-вот готов взорваться, и ему уже плевать, на кого выплёскивать свой гнев. Пусть не распыляет его на посторонних, а направит целиком на того, кто это заслужил. Устроит своему сынуле хорошую трёпку, и тот наконец-то почувствует себя на месте задираемых одноклассников и соседской собаки, в которую швыряют камнями, а она не может убежать и спрятаться, потому что сидит на привязи в маленьком закутке за домом.
На этот раз мистер Адлер уж точно не отмахнётся равнодушно от случившегося и не ограничится только криками после того, как обнаружит в кармане куртки Сэмюэля собственный бумажник с деньгами, заработанными тяжёлым физическим трудом. А он его точно обнаружит, я об этом позаботился. Легкий подлог с моей стороны не считается – наверняка в ближайшее время мальчишка дошел бы до этого сам. А пока пришлось подсуетиться мне.
Я столкнулся с мистером Адлером днём на заправке, когда тот уже сполна рассчитался за бензин и отходил от кассы с полной корзинкой фастфуда. Несколько ненормативных фраз в мою сторону, и представление о нравственном облике папаши Сэмюэля сложилось окончательно, а также прибавилось уверенности в том, что всё получится, как я и задумал. Но главное, совсем другое: бумажник мистера Адлера благополучно перекочевал в мой карман, а чуть позже – в карман его сына. И что из этого выйдет, станет ясно прямо сейчас.
Постою за деревом ещё немного. Всё-таки я должен убедиться, что приговор нового судьи будет приведен в исполнение.
По пути на работу отец Сэма забрасывал своего отпрыска в школу: останавливался у ворот буквально на секунду и, стоило мальчишке выпрыгнуть из пикапа и толкнуть дверь, тут же трогался с места. А ведь большинство родителей, собственнолично доставлявших своих детей, с умильным выражением на лицах наблюдали за тем, как их чадо приближалось к высоким дверям, исчезало за ними, предварительно помахав на прощание, и только тогда уезжали.
