— Ты всë равно покойник. Тебе не выйти отсюда живым.
— С этим я как-нибудь справлюсь. А вот тебе уже точно ничего не поможет.
— Я мог создать великую страну, какой ещё не видел свет. Ты просто жалкий имбицил, если не понимаешь, чему помешал!
— Бла-бла-бла. Давай ты просто сдохнешь и прекратишь нести пургу.
— Ты! Ты! Ты никогда…
Он хотел сказать что-то гадкое, но закашлялся. Губы его окропились кровью.
— Я могу тебе сказать только одно, — сел я на корточки и прошептал. — Я до тебя всё-таки добрался, Гипердемон. Игра окончена.
Его глаза светились ещё несколько секунд и потухли. Руки обмякли и соскользнули с камня. Я снял хэндфон с его левого запястья и нацепил на своë. Поковырялся в приложениях и отыскал там пульт управления клеткой с Кирой. Открыл и поспешил к сестре.
— Я не могу поверить, что Олег так с тобой поступил, — всхлипнула она, нерешительно выйдя на свободу и оглядевшись. — Зачем он так?
— Это не он. Ты разве не поняла?
Кира взглянула на меня приоткрыв рот и честно мотнула головой. Она так устала бояться, что уже мало чего соображала. Да и боль, которую она пережила, оставила след на еë состоянии. Перемотанную окровавленную кисть она прижимала к груди, а здоровой рукой щупала меня, словно до конца не веря, что я настоящий.
— Значит, так, — ворвалась Исида в наше молчаливое единение. — Я всё придумала. Выведите проекцию Джини Уильямс и пусть она проведëт вас к выходу.
— Но… — хотел было я указать на невозможность этого плана, но передумал. — Хорошо. Можно попробовать. А что с Олегом? Он живой?
— Повреждений много, но живой. Я буду им управлять.
— Тогда давай поскорее выбираться отсюда, — сказал я и, придерживая Киру за плечи, направился к выходу.
Исида сидела перед компьютером и теребила карандаш. На пяти мониторах отображались стримы, но все без звука. Да и не смотрела она ни на один из них. Не до того.
Наконец таймер на хэндфоне отсчитал ровно два часа и запиликал. Тогда Исида откинула карандаш и набрала номер Виктора Игоревича.
— Ну как там? Готово? — сгорая от нетерпения, спросила она.
— Лика, хватит названивать, — раздражëнно ответил тот. — Как только процесс синтеза первой дозы лекарства завершится, я сам тебе позвоню.
— Ладно, — тяжко вздохнула Исида и положила трубку.
Завела таймер на очередные два часа и принялась смотреть, как цифры отсчитывали секунды.
Прошëл месяц с того дня, как Павел Алексеевич был повержен. Достаточно было лишь слегка подтолкнуть, и весь картель «One Health» рассыпался бы следом. Но Исида предложила иной план.
Заполучив контроль над главой картеля, можно было использовать всю научную мощь и направить еë на благое дело. Порядок лучше хаоса, особенно когда назрели революционные перемены.
С новыми вычислительными мощностями Виктор Игоревич обещал уже сегодня создать лекарство, одна инъекция которого всего через несколько дней начинала менять ДНК, а за пару месяцев регенерация тканей и иммунитет повышались до невероятных уровней.
Вот только дождаться доброй вести Исида спокойно не могла. Бродила по комнате, заглядывала в холодильник, пыталась начать разговор с кем-нибудь из обитателей бункера, но сама же его рассеяно прерывала.
Волновалась и Кира. Она вызвалась первой испытать лекарство, но даже надежду впустить к себе в сердце не могла. Не верила, что получится снова смотреть на руки, где все пальцы свои, родные. И как бы Исида не объясняла суть модификации, Кира продолжала повторять:
— Это всё сказки, Иси. Ты просто не хочешь взглянуть правде в глаза. Пусть они мне уколют этот шмурдяк, и ты поймëшь, что нельзя изменить человеческую суть.
Я не вмешивался в их споры. После чудесного спасения мне стало настолько легко и просто, что даже созерцание дорогих мне людей приносило умиротворение.
Исида же в очередной раз взглянула на таймер и вернулась в свою комнату. Дождалась сигнала. Набрала номер.
— А сейчас?
— Лика! — заорал Виктор Игоревич.
— Что? Я просто узнать хотела… — надула губки Исида.
— Лика, она готова! Вот прямо сейчас завершилась генерация! Ты можешь в это поверить? Я просто сейчас всё закончу!
— Мы уже едем, — воскликнула Исида и выскочила из кабинета с криком: — Кира! Собирай манатки! Что бы ты сейчас не делала, доделаешь потом!
Три месяца прошло после инъекции, но Кира так и не заметила никаких изменений. Они с Исидой каждый день изучали культю пальца, но с печалью признавали, что она точно такая, какой и была.
Но сегодня Кира проснулась от жуткого зуда. Чесалась как будто вся рука от плеча и до кончиков пальцев. И есть хотелось так, будто вечером не было ужина.
Кира села на кровати, зевнула и и включила свет. Привычно посмотрела на культю и даже не сразу поняла, что именно видит. На месте отрезанного пальца показался небольшой отросток, длиной не больше половины сантиметра. Но это стало неожиданным, как раскат грома в метро. И Кира рухнула на кровать, лишившись чувств от нахлынувших эмоций.
