Конец пути полностью

Троттер: Надеюсь, он дослужится до Военного Креста. Если бы у меня был сын, я бы хотел, чтобы он был похож на него — такой же сильный и храбрый.

Стэнхоуп: Да прекратите вы наконец говорить об этом проклятом рейде!

Троттер: (удивленно) Да, но…

Стэнхоуп: Я говорю: заткнитесь!

Троттер: (смущенно) Да ладно тебе.

Стэнхоуп: Так хорошо сидели, пока вы не начали снова болтать о войне!

Троттер: Лично я не начинал.

Стэнхоуп: Вот именно ты и начал.

Троттер: Да ты сам начал.

Стэнхоуп: Тогда ты прекрати, ради Бога!

Троттер: Да ладно, ладно.

Гибберт: Я вам рассказывал когда-нибудь о девице из Сохо?

Стэнхоуп: Не помню, наверное, рассказывал.

Гибберт: (невозмутимо) Это вас развеселит. Как-то раз ходил я на танцы и возвращался домой довольно поздно…

Стэнхоуп: Вот и сейчас уже поздно. А тебе в одиннадцать идти в караул. Так что лучше пойди и поспи.

Гибберт: Да ладно. Я еще свеж, как огурчик.

Стэнхоуп: Может быть. Однако отправляйся спать.

Гибберт: Что?

Стэнхоуп: (повышая голос) Я сказал: «Отправляйся спать!»

Гибберт: Ничего не скажешь, хорошенькое завершение ужина.

Гибберт: (дерзко) Вот сам и иди спать. (Молчание. Стэнхоуп смотрит на хихикающего Гибберта)

Стэнхоуп: Что ты сказал?

Гибберт: Да я пошутил.

Стэнхоуп: Повторяю: что ты сказал?

Гибберт: Я сказал: «Вот сам и иди спать». (Стэнхоуп смотрит на Гибберта в упор. Гибберт снова хихикает)

Стэнхоуп: (кричит) Убирайся отсюда!

Гибберт: (с угрозой) Слушай, ты что…

Стэнхоуп: (ревет) Убирайся вон с моих глаз!! (Глядя испуганно на Стэнхоупа, Гибберт неслышно уходит в свой блиндаж. Наступает тишина. И вдруг слышится грозный залп орудий) Эта гнида действует мне на нервы.

Троттер: Бедняга так веселился.

Стэнхоуп: А тебя он не бесит?

Троттер: Просто он хотел немного взбодриться.

Стэнхоуп: Да меня тошнит от этого ублюдка. (Мейсон приносит Троттеру кружку с чаем и выходит). Я завидую тебе, Троттер. Ты всегда спокоен, тебя ничто не может вывести из себя.

Троттер: Всегда спокоен? (Вздыхает) Да что ты знаешь обо мне?

Стэнхоуп: То, что ты никогда не бесишься, а когда тебе хорошо, то ты готов петь.

Троттер: Ну, не знаю, я иногда насвистываю.

Стэнхоуп: Кажется, что ты всегда одно и то же чувствуешь.

Троттер: Но почему же? Сейчас, например, я чувствую, будто меня надули изнутри. (Пауза. Троттер пьет чай маленькими глотками, а Стэнхоуп — виски) Гибберт свои картинки оставил. Надо же, что носит с собой… (Встает) Ну что ж. пойду сменю юного Рали. И все-таки жаль, что его не было с нами. (Пытается застегнуть китель, но безуспешно. Тогда он надевает ремень поверх незастегнутого кителя, натягивает каску и вешает через плечо противогаз). Пока!

Стэнхоуп: Ты понимаешь, что теперь ты мой заместитель, Троттер?

Троттер: Впервые слышу.

Стэнхоуп: Я назначаю тебя.

Троттер: Слушаюсь, шкипер! (Пауза) Спасибо. (Идет к выходу) Я не подведу тебя, будь спокоен.

Стэнхоуп: После дежурства постарайся хорошенько выспаться. Мы должны быть готовы к половине шестого.

Троттер: Так точно, шкипер! Ну, я пошел. Хоть немного остыну наверху, а то зажарился тут совсем из-за этих чертовых свечей.

Стэнхоуп: У меня тоже голова раскалывается от них. (Задувает три свечи, остается гореть только одна)

Троттер: (стоя посередине лестницы) Туман понемногу рассеивается.

Стэнхоуп: (безразлично) Да? (Троттер уходит в ночь. Стэнхоуп в задумчивости стоит у стола)Мейсон!

Мейсон: (из своего блиндажа) Сэр?

Стэнхоуп: Несите ужин для мистера Рали.