Гламур становится историей. На смену ему в мягких мокасинах неспешно, но уверенно идет РОСКОШНЫЙ МИНИМАЛИЗМ – новое увлечение российской элиты. Отныне актуально иметь ИДЕАЛЫ, выглядеть ПРОСТО, но ДОРОГО, жить скромно, но со вкусом, ценить качество и комфорт, презирать понты и осуждать сверхпотребление, любить, а не просто заниматься сексом и больше читать книги Оксаны НеРобкой.У нее есть всё. И это всё – прекрасно.Работа дает возбуждение и удовлетворение, любовник – технически совершенный секс.Отличная квартира вызывает зависть.Она успешна, молода, красива, самодостаточна…Она всего достигла сама… Но… Клетка обязательств, условностей, dress-кодов… Это не для нее.Она найдет своего ученика – свое «извращение», свой выход.Она «сделает» всех: подруг, любовников, коллег, конкурентов, наемных убийц. И даже саму себя.Все планы рухнут. Всё будет иначе. По-другому!Новый роман от автора «Будет больно», «Иметь банкира», «Лизать сахар».
Он караулил ее уже сутки. Лежал в снегу, боясь лишний раз пошевелиться, размять затекшие мышцы. Он подкрался достаточно близко. Любое неосторожное движение могло ее испугать. И тогда неизвестно, сколько еще пришлось бы ждать. Хорошо хоть температура удивительно высокая для этого времени года – всего минус 19 градусов. Обычно в начале апреля на острове Врангеля тридцатиградусный мороз. И метели.
Когда Сашка готовился к поездке, знакомый профессор советовал перенести вояж на июль – разгар лета. Мотивировал тем, что вплоть до мая высока вероятность ураганных ветров, скорость которых достигает 150 километров в час. На открытых пространствах ледяных долин вырастают сугробы высотой с 8-этажный дом. В таких условиях работать будет сложно. Но Сашка отговоры пропустил мимо ушей. Он точно знал, что на остров необходимо попасть в тот момент, когда медведицы выводят из берлог медвежат.
С администрацией арктического заповедника проблем не возникло: фотографам всегда рады, тем более в составе международной экспедиции. Через двухсоткилометровый пролив Лонга летел на АН-2, вслушиваясь в наукоемкие речи ученых-попутчиков и поглядывая в иллюминатор. Меж рваных полос густого тумана мелькали изборожденные трещинами торосы и отвесные прибрежные скалы.
Долго пришлось отбиваться от компании навязчивого гида, призванного сопровождать коллектив в диких местах. Он никак не хотел отпускать подопечного в самостоятельный рейд. Уже десять лет на острове никто не живет. Раньше здесь было три поселения, однако в конечном итоге немногочисленных жителей перевезли поближе к обитаемой земле – на Мыс Шмидта. Так что интравертному путнику без куратора не обойтись. Если заблудится – дорогу спросить будет не у кого. Плюс опасность встречи с хищниками. Полярные медведи не столь агрессивны как бурые, зато более любопытные. Последний факт Сашка уже успел ощутить на себе.
После жесткой перепалки гид привел его в горы Дрем-Хед, к заброшенному кунгу. Неохотно ретировался, проговорив заученные напутствия и уточнив время возвращения к самолету – через 30 часов. В железном кузове военной машины раньше столовались зоологи, наблюдавшие за животными. Благо, место для сего занятия было идеальное. На склонах гор ежегодно устраивали «родильные дома» несколько сот медведиц. Смотри – не хочу.
В металлическом жилище Сашка растопил буржуйку, проверил технику, перекусил и собрался на разведку. Повернул замок, потянул за ручку, открыл дверь. Ступил за порог и поймал взгляд черных блестящих глаз.
Однозначно, самец. У самок шея тоньше головы, да и размеры не такие внушительные.
Косолапый явно раздумывал, как себя дальше вести. Очевидно, что выскочившее из укрытия существо – никто иной как невероятно уродливый медведь. Худой, но в холке повыше будет. Следовательно, может быть опасен. Не мешало бы продемонстрировать ему свою агрессивность. На всякий случай.
Сашка лихорадочно соображал. Можно было закрыть дверь и благополучно отсидеться. Но кто даст гарантию, что гость не явится вновь? Главное, не паниковать. Дело не в страхе. Его нет. Дело в том, что нужно поступить правильно. Чтобы не сорвать долгожданную съемку. Чтобы спокойно передвигаться по тундре, не отвлекаясь на необходимость обороняться. Он же готовился к подобным эксцессам. Специальную литературу штудировал! «Память напряги, придурок!» – выругался и сразу улыбнулся. Буквально на днях он читал в альманахе длинную статью о повадках полярных хищников, там же черным по белому….
Парень шагнул на скрипучий снег. С губ сорвался странный звук, походивший на кошачье шипение, только более громкий. Сделал два резких выпада вперед и остановился в восьми метрах от медведя, всем своим видом давая понять, что готов порвать незваного гостя как тузик грелку. Спектакль копировал стандартное поведение угрожающего медведя. Только бы сработало!
Психика великорослого умки стресса не выдержала. Зверь дрогнул и позорно пустился наутек.
Сашка медленно выдохнул. Сердце учащенно колотилось. Захотелось расстегнуть меховой воротник: стало жарко. Наклонился, зачерпнул снега, умыл горящее лицо. Внезапно пришло осознание: ведь рисковал, серьезно рисковал! Представители фауны в заповеднике вполне миролюбивы, поскольку проблем от человека получают по минимуму, но… «Надо было пугаться „до“, а не „после“! – укорил себя. – А то нелепость получается!» Его бесила глупая особенность включать эмоции, не когда все происходит, а когда, собственно, все произошло.