Вера Ивановна открыла почтовый ящик, чтобы проверить, пришли ли квитанции коммунальных платежей. Писем ждать не от кого. Тем не менее, на дне ящика пальцы нащупали пухлый конверт. В графе «получатель» значилось «Летовой В.И.». То есть ей. Сгорая от любопытства, поднялась в квартиру, захлопнула дверь. Прошла в зал, уселась на диван и, прежде чем распечатать конверт, прощупала его, пытаясь предположить, что же внутри.
Марка возвращалась с огорода в подавленном настроении. Странная пугающая тревога нахлынула совершенно неожиданно, без внятных причин. Всю неделю девушка ликовала от радости, мысленно поздравляя себя за одержанную победу, и вдруг – не понятно, откуда взявшее дурное предчувствие. Она догадывалась о его истоках, но старалась не признаваться самой себе.
– Мам, я дома, – в прихожей поставила на пол пакет с помидорами и огурцами и на цыпочках просеменила в ванную – подошвы были грязными от пыли. Постояла под прохладным душем, накинула халат.
На кухне мать резала морковь и лук для суповой зажарки. Кипящий бульон источал аппетитные запахи. Дочь принюхалась, как учуявшая рыбу кошка.
– Проголодалась?
– Ага!
– Через пять минут будет готово, – женщина вытерла ребром ладони выступившие слезы. Их причиной являлся вовсе не лук. Предстоял серьезный разговор. Неприятный, но неизбежный. В письме главный редактор краевой газеты «Тихоокеанский день» благодарил Веру Ивановну за то, что та воспитала инициативную и сознательную дочь. В нескольких абзацах описывалось, как благодаря своевременному вмешательству Марины стало возможным остановить браконьерскую вырубку ценного леса и наказать виновных.
«В беседе с нашим журналистом,
– заканчивал редактор, –
ваша дочь намекнула, что мечтает о профессии защитника окружающей среды. Коллектив нашей газеты подготовил официальное обращение ректору одного из лучших вузов Хабаровска, где имеется экологический факультет, с просьбой принять Летову М.Н. без вступительных экзаменов или на льготной основе. В результате коротких переговоров мы добились положительного ответа. Марине предстоит сдать лишь один экзамен. Она поступит при оценке не ниже тройки. Зная способности девушки, у нас не возникает сомнений, что она успешно пройдет вступительные испытания и станет студенткой».
В конверт были вложены распечатки с информацией об институте и рекомендательное письмо. Для уточнения деталей редактор просил перезвонить по указанному телефону.
– Садись кушать, – Вера Ивановна налила суп в тарелки с зеленым узором, положила в плетеную миску порезанный хлеб.
Она очень гордилась дочерью. Не многие ее ровесники способны на такие взрослые поступки. Да. Она гордилась дочерью, но до рези в глазах переживала о ее будущем. Сейчас хорошо живется не тем, кто увлечен благородной идеей, а тем, кто умело адаптируется под нужды современного общества. Увы, в приоритетных направлениях развития социума не числится карьера эколога. Если бы только девочка направила свои таланты в иное русло, насколько бы спокойнее стало у матери на сердце! Женщина прекрасно понимала, что причинит Марке страдания, если заставит переменить планы и выбрать другую специальность. Но она пойдет на этот тяжелый шаг. У нее больше опыта, чтобы взвешенно оценивать перспективы. Когда-нибудь потом, спустя годы, дочь осознает, что мама была права…
Мара отодвинула тарелку:
– Что-то случилось, ма?
– Ничего.
– Я же вижу. Ты какая-то поникшая.
– Давай поговорим после обеда.
Ели молча. Тишину прерывало лишь звяканье ложек о фарфор.
– Кофе? – Вера Ивановна включила чайник.
– Издеваешься? Ты же знаешь, я его ненавижу. Сок выпью.
Дальше оттягивать беседу было невыносимо. Женщина махнула в сторону окна:
– Возьми письмо на подоконнике.
Едва Мара дочитала последнюю строчку, ей стало ясно, чем терзалась мама. Навалилась внезапная усталость. Девушка присела на табуретку, почувствовав слабость в ногах. Она знала заранее, чем закончится разговор.
