Конец смены полностью

— Какой-то мальчик в Де-Мойне потерял сознание, ударился головой об угол стола — и проломил себе череп! — В голосе Холли звучит почти радость, она вскакивает и подбегает к ним. Ее щеки пламенеют. — Должны быть судебные процессы! Не сомневаюсь, что они и стали одной из причин того, что компания «Заппит» закрылась! Может, даже и «Санрайз Солюшн»…

Звонит телефон на столе.

— Ой, блин! — говорит она ему.

— Кто звонит — скажи ему, что мы сегодня закрыты.

Но после слов «Алло, здравствуйте, вы звоните в „Найдем и сохраним“» — Холли просто слушает. Потом разворачивается, держа трубку.

— Это Пит Хантли. Он говорит, что у него к тебе срочный разговор, и у него голос… странный. Или он грустный, или злой, или что-то еще.

Ходжес идет во внешний кабинет, чтобы узнать, почему Пит грустный, злой или еще какой-то.

За его спиной Джером включает «Заппит» Дины Скотт.

В компьютерном притоне Фредди Линклэттер (которая выпила четыре таблетки «Экседрина» и пошла спать) сообщения «ОБНАРУЖЕНО 44» сменяется на «ОБНАРУЖЕНО 45». Репитер высвечивает «ЗАГРУЗКА…»

Потом — «ВЫПОЛНЕНО».

Пит не здоровается. Говорит он вот что:

— Бери его, Керм. Бери — и труси, пока правду не вытрясешь. Сука в доме с двумя ОУРовцами, а я вышел в какое-то не знаю что. Видимо, садовый сарай, и холод здесь адский!

Сначала Ходжес слишком удивлен, чтобы ответить, и это не потому, что двое ОУРовцев (следователей отдела уголовных расследований штата) работают вместе с Питом. Удивляет (и, по правде, просто поражает) его другое: за долгое время их сотрудничества Пит таким грубым словом выразился о женщине всего лишь раз. Когда рассказывал про свою тещу, которая подговорила жену Пита уйти от него и забрала ее к себе вместе с детьми, когда она, наконец, это сделала. Единственная «сука», о которой он сейчас может вести речь, — это, вероятно, его напарница Иззи Джейнс, она же мисс Красивые Серые Глаза.

— Кермит, ты здесь?

— Здесь, — отвечает Ходжес. — А ты где?

— Шугар-Хайтс. Дом доктора Феликса Бэбино на живописной Лилак-драйв. В его, бляха, Имении. Ты же знаешь, кто такой Бэбино, точно же знаешь. Никто из нас ближе к Брейди Хартсфилда не подходил, чем ты. Он же какое-то время был у тебя ну вроде хобби.

— О ком ты — я понимаю. А о чем — нет.

— Там все сейчас вот-вот взорвется на хуй, старик, — и Иззи не хочет, чтобы в нее шрапнелью попали. У нее, видите ли, амбиции. Глава детективного отдела через десять лет, пожалуй, всей полиции — через пятнадцать. Я это понимаю, только не значит, что мне это нравится. Она за моей спиной звонила шефу Хоргу, а тот вызвал ОУРовцев. Сейчас это официально еще не их дело, но позже уже будет. У них здесь подозреваемый есть, но, блин, это как-то все не так. Я это знаю, и Иззи тоже. А ей насрать с высокой горы!

— Пит, ты помедленнее. Расскажи, что там происходит.

Холли нервно нависает над ним. Ходжес поднимает палец: подожди.

— Экономка проходит сюда в семь тридцать, понял? Зовут Нора Эверли. И в верхней части подъездной дорожки видит «бумер» Бэбино на газоне, лобовое стекло которого прострелено. Заглядывает, видит кровь на руле и на сидении, звонит 911. Через пять минут — машина с копами приезжает (на Шугар они всегда через пять минут приезжают), и, когда они приезжают, Эверли сидит в собственной машине, замкнувшись, и трясется, как осиновый листок. Те ей говорят, мол, там и сидите — и к двери. Не заперто. Миссис Бэбино — Кора — лежит мертвая в прихожей, и не сомневаюсь, что и пуля, которую медэксперты вытянут из нее, будет такая же, как и та, которую вытащили из «БМВ». На лбу у нее — готов? — написана черным буква Z. И еще есть несколько повсюду, даже на телевизоре. Как в доме Эллертон, и, наверное, тут-то тогда моя напарница и решила, что не хочет играть с этим смоляным бычком.

Ходжес говорит:

— Да, пожалуй… — просто чтобы Пит говорил дальше.

Хватает бумагу, что лежит возле компьютера Холли, и пишет «ЖЕНА БЭБИНО УБИТА» большими печатными буквами, как газетный заголовок. Холли закрывает рот рукой.

— Пока один из копов вызвал криминалистов, второй услышал храп наверху. Как бензопила на холостом ходу, говорил. И они туда пошли, оружие наготове, и в одной из трех гостевых спален, представь себе, трех — дом невъебенно большой — нашли. Спит какой-то старый пердун. Будят его, и он им свое имя называет — Элвин Брукс.

— Библиотечный Эл! — восклицает Ходжес. — Из больницы! Первый «Заппит», который я в жизни видел, он мне показал!

— Это он, так и есть. У него в кармане рубашки бейдж нашелся из больницы Кайнера. И не успели его спросить, а он и говорит, что убил миссис Бэбино. Утверждает, что сделал это под гипнозом. Они его в наручники, ведут вниз, сажают на диван. Там мы с Иззи его и увидели, когда через полчаса прибыли на место. Не знаю, что с тем дедом, у него какой-то нервный срыв, но он вообще где-то не на нашей планете. Его заносит туда и сюда, а несет такую хрень, что на голову не налазит.

Ходжес что-то вспоминает. Эл говорил ему во время одного из визитов в палату Брейди — где-то в районе выходных первого мая 2014 года, вероятно, так: