Не знаю как, но мы снова оказались в подземелье. Среди мыльных пузырей с кю, рядом с чирикающими светлячками. Каким-то образом мы вернулись чуть назад… Поняв это, снова помчались к выходу и, не заглядывая в офис, выбежали на улицу. Бункеры величаво плыли над землей – уже достаточно высоко, но они еще не казались крохотными точками на фоне солнца.
– Еще раз, – передернул плечами Фет. – Одного раза мало, что ли?
Мы уселись на крыльце и смотрели, как исчезают в небе бункеры. Видимо, произошел какой-то сбой. Что же, мы так и будем оказываться в подземелье и выбираться наружу?
Или следующий конец света все-таки будет последним?
Мы сидели на крыльце банка и смотрели в небо. Бункеры исчезли. Пропали крохотные воздушные шарики.
А мы почему-то остались.
Мы осторожно смотрели друг на друга, оглядывались вокруг – но нет, земля не собиралась исчезать, и мы оставались на месте. Сидели долго – может, час, может, два. Молчали и думали. О близких думали. О той земле, которая остается. О новой.
Вдруг Фет встал и толкнул двери банка. Те открылись. Фет, горько ухмыляясь, зашел внутрь. Я пошел следом за ним – в офис.
– Вы хотите совершить банковскую операцию? – спросили приветливые девушки.
Фет посмотрел на меня так, как будто спрашивал: «Ност, тебе понятно?»
Мне не было понятно. Я поморщился.
– Вы не улетели вместе со всеми? – спросил я у девушек.
– Вы хотите совершить банковскую операцию? – терпеливо спросили они.
Фет показал на них рукой, будто это не работники банка, а экспонаты музея.
– Ненастоящие, – печально сказал он. – Боты.
Боты. Роботы. Ненастоящие.
Я взвыл и схватился за голову. Значит, до сих пор в стандартном режиме работает прыгалка, только в нее некому ходить. И сотрудник официального магазина для сдачи всякого барахла на месте. И продавщик книг с режимами. Только они нам ничем не помогут. Потому что ненастоящие. Не люди.
– Вот вляпались! – воскликнул Фет и заложил руки за голову. – Одни в мире. Полно ботов. Пойдем ко мне?
– К тебе? – переспросил я.
Фет пожал плечами:
– Или к тебе. Конец света откладывается. Странно после такого расходиться по домам, правда?
Я подумал, что еще рано говорить о том, что конца света не будет. Но в душе чувствовал, что Фет прав, и бояться больше нечего. Согласился:
– Пойдем к тебе.
Но мы не сразу пошли домой к Фету. Сначала сходили ко мне домой (приходилось идти пешком – транспорт не работал), взяли нужные мне вещи. Нам было не по себе от опустевшего города. А дома я побродил по пустым комнатам. Нашел свой нетронутый обед, стоявший на столе. Разревелся, как маленький. Фет утешил меня и взялся за мой обед сам. Я, шмыгая носом, схватился за ложку:
– Все-таки мама готовила…
Потом мы сходили на место бункеров. Там, где раньше стояло убежище, была свежая яма. В ней чувствовалось что-то необычное, как будто бункер все еще стоял на месте, а не улетел навсегда. Я представил себе, как в него заходят люди, а среди них – мои мама с папой. Мама оглядывается, не бегу ли я – вдруг решил вернуться. Но меня нет, и мама, качая головой, проходит внутрь. Я поежился.
У Фета дома было необычно тихо. Я с особой грустью подумал о Фетиной маме. Жаль, что она тоже улетела. Ведь могла бы и остаться. Проспать, в конце концов…
Марки и открытки были собраны в пакет и сложены рядом с мусоркой.
– Ты чего это? – спросил я.
– Я сразу, – опустив голову, сознался Фет. – Как ты ушел. Зачем они мне? Если без тебя, то зачем…
Я раскрыл пакет и стал доставать открытки:
– Фет, ты это зря. Они же такие разные. Красивые. От людей.
– Да? – с надеждой спросил Фет и сразу сник. – Теперь-то это всё бесполезно. Никого нет.
Я сказал:
– Теперь это память.
Был тихий вечер. Мы доставали открытки из пакета, клеили их на стены. Вышли в коридор и расклеивали открытки там. Будто совершали магический ритуал. Молча, сцепив зубы. Когда приклеили последнюю открытку, нам полегчало. Мы уснули на неразобранной постели. Мы могли вообще не спать. Могли делать, что хотели.
– Все-таки странно… – промямлил Фет и уснул.
Проснулись мы далеко за полдень. Видимо, так напереживались. Сонные, полезли в холодильник и налопались всякой ерунды.
– Можем ходить по домам и доедать приготовленную еду, – предложил Фет.
– Ха! – воскликнул я. – Это очень умно. Нам хватит года на три.
– Да ладно тебе, – надулся Фет. – Вообще у меня есть режим «Прирожденный повар».
– Не думаю, что мы умрем с голода, – сказал я. – Когда кто-то остается один на планете, то в его распоряжении все оставшиеся земные ресурсы.
– Ну да, – согласился Фет.
Мы комкали бумажки и бросали в стену. Нам нечего было делать.
– Пойдем в прыгалку? – предложил Фет.
– У нас в банке столько накопленных кю…
