Вдали что-то громыхнуло. Гроза, что ли? Но мне всё равно ничего не видно. Кощей гораздо выше меня и то приподнялся на носочки, вглядываясь.
— Ещё отломилось, — произнёс он.
— Что?
— Конец света отъел ещё кусок от пирога. Короче, если ничего не изменится, он будет отгрызать раз в сутки где-то… несколько метров. Будем идти на восток. С такой скоростью он нас не догонит. Если, конечно, не увеличит скорость.
— Да, но когда-то он слопает всё, и что будет тогда?
— А вот тогда и будет конец света. И нам остаётся только надеяться, что мы до того момента успеем вернуться в свои миры.
— Ты думаешь, конец света ест только этот мир? А если это происходит везде одновременно?
— Чрезвычайно пессимистический прогноз, — Кощей покачал головой. — Нельзя думать о катастрофах, накличешь. Лучше считай, что это локальный конец света, в одном, отдельно взятом варианте Вселенной.
Где-то я уже слышала нечто подобное.
— Ладно, хватит философствовать. Вперёд за орденами!
Кощей старательно затоптал и забросал землей остатки костра. Аккуратный. Я подтянула свою бывшую когда-то белой простыню, посокрушалась ещё над своим совершенно нереспектабельным имиджем и мы отправились в путь.
Мы шли и шли. Шли и ещё шли. Природа здесь, конечно, была прикольная, но следов человека что-то нет и нет. Может, этот мир вообще не обитаем? Вот будет хохма. Мы что тогда с Кощеем, станем Адамом и Евой? Не-е-е. Отменить. Должность, разумеется, почётная, да и партнёр симпатичный. И, если задуматься, стопроцентная гарантия защиты от измен, отсутствие тянущих мужа на рыбалку или в баню друзей. На работу ходить не нужно, спи, сколько хочешь, каждый день — выходной. Отсутствие сплетен, соседей, налоговой, что само по себе приятно. Но, с другой стороны, как прожить без кафешек, бутиков, шопингов, подружек, телешоу? Без микроволновки, холодильника, пылесоса? Без музыки? Без книг? Без шумных улиц моего города? В конце концов, без парикмахерской? Да я уже сейчас, небось, похожа на медузу Горгону в период расцвета. Нет, рая в шалаше не получится. Я здесь не выживу. Поэтому оформляю всё как тур по заграницам. Месячный, не более. И домой, к цивилизации. А пока хоть бы каких-нибудь человекоподобных существ отыскать. А то скучно-о…
Накаркала. Дёрн под моими ногами дёрнулся и провалился, а я полетела в открывшуюся в земле дыру.
Хорошо… Хорошо, что хоть успела за Кощея схватиться… Хорошо…
Хорошо, что он скользит по узкому лазу на своём плаще, который, кажется, уже дымится… Хо-хорошо, что я на нём сверху, как на салазках, а то бы у меня уже всё, что только можно, стёрлось… Кто там мечтал покататься на крутых современных горках? Вот вам, бесплатный Диснейленд. Интересно, они когда-нибудь закончатся или мы вылетим с другой стороны Земли?
Туннель окончился неожиданно резко. Мои импровизированные салазки в виде ошалевшего Кощея (ему на таких аттракционах, может, и не приходилось отрываться) влетели в светлую просторную пещеру, которую я всё равно рассмотреть не успела, так как мы пролетели её на первой космической, громко вписались в противоположную стену и благоразумно синхронно выключились, чтоб не увлечься подсчетом сломанных костей, шишек и ссадин.
Когда я пришла в сознание… Впрочем, слишком рано пришла, всё еще болело и щемило, можно было бы ещё пока погулять. Почему там — так классно, ничего не чувствуешь? А здесь… ух! Но всё же надо открыть глаза, оглядеться, разобраться, где это я… вишу?
Нормально! Вишу на стене, прикованная холодными железными цепями! А я боялась, что мир необитаем. Хотела найти людей. Мечта дурака сбылась! Говорили мне, будь осторожна со своими мечтами. Что теперь? Кощей рядом висит, ещё не пришёл в себя, везунчик. Не дам побалдеть, пусть присоединяется к моим страданиям:
— Эй, Бессмертный, очнись! Костик! — я достала слегка пнуть его ножкой.
Ага, зашевелился! Ну-ка, как ему это всё понравится?
— Давай, Злыдень, покажи свою силу! Порви эти цепи и всех наших врагов на фиг!
Кощей подёргался, как жук в паутине.
— И где это мы?
— У тебя что, ещё раз память отшибло? Идём себе, споткнулись, упали, очнулись — цепи. Рви их! Покажи им всем, кто ты есть! Пусть трепещут те, кто останется в живых, и в легендах передают будущим поколениям о твоих подвигах!
Кощей ещё подёргался в цепях. Ноль!
Я не поняла.
— Слушай, Ужас подлунного мира, насколько я знаю, для тебя эти цепи — ничто. Почему ты не разнесёшь здесь всё по камушку? У тебя что, какой-то хитроумный план? Или сказки о Кощее сильно преувеличены?
— Знаешь, Неневеста, — мне показалось, что Бессмертный даже немного покраснел, — очень не вовремя об этом говорить, но мне кажется, что я потерял не только память с половины, то и силу тоже.
— Что-о-о?
— Хотя… Мы где-то глубоко под землёй. В таких местах могут жить только гномы. А они умеют изготавливать такие сплавы… Правда, в своем мире я гномовские цепи, пусть с натяжкой, но рвал. Но тут… Возможно, они вышли на ещё более высокий уровень развития металлургии.
