Разумеется, он уже видел устройство вечности, когда был здесь с Гизеллой, поэтому было легко притвориться, что оно его не впечатлило. Разумеется, было весьма досадно, что при устройстве было еще два охранника.
К устройству подошел еще один крашок, начав его отключение. Очевидно, он собирался заняться калибровкой.
Доктор знал, что у него только один шанс на то, чтобы сбежать. Всего одна секунда, когда он сможет вырваться. И потом еще одна, когда он сможет действовать.
Без включенного питания кристалл вечности поблек. Единственным светом в помещении было само устройство. И свет был такой, что в основных источниках света просто не было потребности. Когда устройство вечности было отключено, то комната погрузилась в темноту.
Доктор был к этому готов. Он почувствовал, как хватка на его руках ослабла, когда крашоки поняли, что они не могут видеть и начали перестраивать свое зрение в инфракрасный режим. Это займет доли секунды.
Доктор освободился и побежал. Не к выходу, но прямо к устройству вечности. Если он был прав, если ему повезет, то у него будут доли секунды до того, как он сможет сорвать активацию устройства.
Охранники быстро адаптировались к полумраку и бросились ха Доктором, быстро приближаясь к нему, пока он мчался по огромной палате. Когтистая рука схватила его за пальто. Металлические зажимы схватили его за рукав, и тот активировался свет.
Крашоки, у которых был активирован режим ночного видения, были снова ослеплены. В эту же долю секунды, Доктор метнулся в сторону сердца устройства, потянувшись к кристаллу, и почти сразу же массивная лапа отшвырнула его прочь.
Командир Грелт навис над Доктором. Его кибернетические части тускло блестели в белом свете. Он знал, что у Доктора не было времени на саботаж систем, но он хотел, чтобы на всякий случай их все равно перепроверили. Полная проверка систем должна была показать, что устройство в порядке.
— У тебя ничего не подучилось, Доктор, — просипел Грелт. — Твои планы провалились. — Он кивнул охранникам, что подняли свои бластеры. — И теперь ты умрешь.
Доктор встал на ноги и уставился на бластерные стволы, что были направлены на него. Он закрыл глаза и поэтому пропустил то, что произошло дальше.
От командира Грелта послышался яростный крик. Доктор открыл один глаз и увидел, что огни снова погасли. Почти сразу же появилась яркая вспышка, а затем снова темнота. Снова вспышка и снова темнота.
— Доктор, бежим отсюда! — Крикнул Кто-то. Это была Гизелла.
Крашоки не могли адаптироваться. Если они перестраивали свое зрение на инфракрасное, то их слепил свет. Если они перестраивали его на нормальный спектр, то они не могли видеть в темноте.
Это не значило, что Доктор мог хорошо видеть окружающее, но он слышал Гизеллу и помнил, где находится дверь.
Он побежал в ту сторону, и крашоки начали стрелять, ориентируясь на звук его шагов. Но из-за пораженного зрения они не были точны, и, если не считать ошпаренной лодыжки, Доктор был невредим.
— Спасибо, что пришли, — сказал он Гизелле, сияюще улыбнувшись Клебу, Каффее и мистеру Гершвину. И они побежали.
— Порошок магния, — объяснил Клеб, когда они направились обратно в пространственный мозг.
— Что ты забрал в химической лаборатории, когда работал над своей дымовой шашкой?
— Верно, — кивнул Клеб.
— И ты еще ничего не видел, — добавила Каффея.
Послышался стук и звуки бластерного огня.
— Думаю, нам лучше спешить, — сказал Доктор. — Кажется, крашоки не слишком нам рады. Хотя их устройство вечности готово к работе.
— Они готовы его активировать? — Потрясённо спросила Гизелла.
— Как только они загрузят результаты.
— Я думаю, что знаю, как мы сможем остановить их из актового зала, — сказал Клеб.
— Сначала нам нужно дойти туда, — сказал Доктор.
— Оставь это нам, — сказала Каффея.
Они дошли до коридора, что вел к актовому залу. Крашоки догоняли их. Очевидно, побег Доктора их огорчил.
— Они поймают нас еще до того, как мы доберемся, — сказал Доктор. — Я останусь и куплю немного времени, чтобы вы могли взломать их системы.
— Я думаю, что так не пойдет, — сказал мистер Гершвин. — У нас все готово, не так ли? — Спросил он у Гизеллы, Клеба и Каффеи.
— Да, — сказала Каффея.
— Разумеется, — ответил Клеб.
— Оставь все нам, Доктор, — сказала Гизелла.
Только сейчас Доктор заметил лежащую на полу длинную веревку. Сначала он подумал о том, что она просто лежит там, но, когда он подошел ближе, то заметил фигуры детей, что прятались в дверных проемах, сжимая концы веревки. Некоторые плиты пола были удалены, так, что обнажались кабели под ними. Оставшееся пространство напоминало площадку для игры в классики.
За последним и довольно крутым поворотом было еще больше детей, за которыми присматривал профессор Априкотт. Они сжимали ведра, но Доктор не видел, что именно в них было.
Судя по звуку, крашоки были недалеко, но Доктор был почти уверен в том, что случится, когда они дойдут до веревки.
