Молодой человек взял их сумки и повел к микроавтобусу, заполненному туристами. Путь был ухабистый, в салоне стояла духота, но, к счастью, вскоре они остановились у кирпичной стены с указателями, ведущими к парковкам и на Пьяцца дель Кампо. С этого момента путь для транспортных средств был закрыт – для всех, кроме нескольких полицейских машин, которые ползли среди толп пешеходов по узким наклонным улицам. Вдоль водосточных желобов стояли продавцы с сувенирами, посвященными скачкам, и другими предметами, которые могли понадобиться туристам: биноклями, шляпами, картами, бутылками с водой. Предприимчивый молодой человек заметил, как Дункан и Джина тащат чемоданы, и предложил свою помощь:
– Я могу быть гидом и нести багаж. Всего десять тысяч лир.
Джина настояла, чтобы они согласились: Дункан не в той форме, чтобы таскать сумки. Молодой человек оказался полезным в плане информации и советов. Он сообщил, что им нужно поторопиться, дабы добраться до
Молодой человек повел их по одной из улиц, которые расходились лучами от центра города, и вскоре они вышли на площадь, вымощенную красным кирпичом и окруженную кольцом красных средневековых зданий, с дворцом и башней, отбрасывающей длинную тень. В центре площади за ограждениями собралась толпа. Узкая полоса открытой земли между толпой и окружающими зданиями образовывала дорожку, по которой должны были бежать скаковые лошади, а по внешней стороне располагались уже заполненные деревянные трибуны.
После долгих поисков Джина нашла два свободных места, и их гид договорился о билетах с пожилым мужчиной, который обслуживал трибуны. Он продал им билеты за солидную цену, но был непреклонен в том, что чемоданы занимают слишком много места и их нужно убрать. Молодой человек предложил им проследовать в отель
В половине четвертого дневная жара стояла невыносимая, и красный кирпич площади сверкал под летним солнцем. Пока Джина торчала среди шумной, толкающейся толпы, вдыхая запах пота и грязи, она начала чувствовать, что у нее болят глаза и ее головокружение возвращается. Сцена вокруг нее казалась чересчур яркой: фанаты были одеты в цвета своего района: синий, красный и зеленый. Все это казалось нарочитым, театральным – и развевающиеся флаги, и пышное представление, и идеальная старинная площадь. Джина не могла до конца поверить, что это реально, что теперь это действительно может стать частью ее жизни – это безумное приключение, которое они с Дунканом начали.
Весь тот день она стремилась навстречу этим скачкам, которые станут лишь преддверием начала – гораздо более длительного и ведущего неизвестно куда. Ничто из этого не казалось возможным, да и не будет, пока она не поделится новостями с Дунканом. Джину охватило желание немедленно поведать ему, и из-за этого она теперь была вся на нервах. Ну почему она не могла рассказать раньше о тайне, которую хранила и которую теперь так сильно хотела раскрыть ему?
Это было их будущее, которое она носила под сердцем, – их ребенок.
Спустя некоторое время Дункан и его сопровождающий достигли места назначения: респектабельного трехэтажного здания, выкрашенного в мятно-зеленый цвет, – отеля
Дункан прошел мимо них к человеку за стойкой регистрации. Он представился, спросил мужчину, говорит ли тот по-английски, а затем поинтересовался, может ли он за определенную плату оставить свой багаж в отеле на время заездов.
– Боюсь, мы храним багаж только наших гостей, синьор.
– Мы с женой как раз ищем комнату.
Клерк тяжело вздохнул.
– Я сожалею, но номера на эту неделю забронированы, синьор.
– Понятно.
– Однако, – продолжил клерк, – некоторые частные лица сдают комнаты… чтобы помочь туристам. Я знаю человека, у кого есть комната. Это мой сосед. Я мог бы и сам вам помочь, но, к сожалению, полиция против такой практики. Поймите, я рискую получить штраф, предоставляя вам эту информацию.
– И сколько будет стоить этот штраф? – Дункан потянулся за бумажником, выбирая банкноту в двадцать тысяч лир, прежде чем мужчина смог назвать большую сумму. Мужчина принял плату и потянулся к своему настольному телефону.
– Я сейчас позвоню своему соседу.
