"Бояться нечего, - проговорил он вполголоса, - если эта громадина похожа на наших змей. Тогда главное - не нападать первым и посторониться. Ну и еще... не шуметь. Ясно?"
Последний совет конфидент адресовал лично Анике и Джилрою.
Догадка Ролана оказалась верной. А родство ползучей обитательницы джунглей со змейками более северных и прохладных краев - достаточно близким. Когда путники отступили от огромной змеи на несколько футов, та не стала их преследовать. Лишь взглядом проводила. Да будто бы осмысленно показала язык, когда люди повернулись к змее спиной и продолжили путь.
Поляну, где проходили встречи с дшеррами, Джилрой узнал с первого взгляда. Сообщив о том вскриком: "вот она! Это здесь!" Впрочем, присмотревшись внимательно, Ролан и сам бы приметил в этом месте кое-какие особенности. Во-первых, золу, оставшуюся от костра. Зола успела пропитаться влагой, но еще не полностью скрылась под вновь наросшей травой. Во-вторых, от поляны, куда-то в сторону вело подобие тропы. Просвет в зарослях - не столь широкий, сколько протяженный. Уходящий вдаль.
А вот что он будет делать по прибытии на заветную поляну, конфидент так толком и не продумал. Ждать появления дшерров или звать их, крича во все горло? А когда разумные ящеры, наконец, появятся - что? Угрожать, упрашивать, задавать вопросы? Пытаться прийти к взаимному пониманию?
Коллизию эту, приведшую Ролана в замешательство, разрешил рыжеволосый пленник. Он же проводник, он же союзник сомнительной надежности. Разрешил, надо сказать, с тем же изяществом, с каким меч разрубает особо тугой и запутанный узел.
"Шшиурсххарр!" - заорал Джилрой. Да так громко, что неподалеку с ветвей взмыла к небу стая мелких птичек.
Мгновение назад, поляна и окрестности вроде были пусты. Если не считать четырех человек. Теперь же ее окружали темные тени, враз выступившие из глубины джунглей. Еще миг - и несколько рук, покрытых ярко-зеленой чешуей, нацелили на путников копья. Острые каменные наконечники на тонких деревянных древках.
- Зачем вы пришли, человеки? - вопрошал один из зеленых копейщиков, открывая широченный зубастый рот и шевеля тонким длинным языком. Отчего людская речь у него звучала мягко, тягуче.
- Глупые человеки... вы, наверное, думаете, что для нашего народа вы все одинаковые, - прошелестел еще один дшерр. Был он безоружный, зато с ног до головы увешанный узкими продолговатыми листьями. А голову его украшало подобие венка из листьев поменьше и природные наросты, формой похожие на крылья.
Голос этого нарядного аборигена звучал с едва заметной иронией. И собственное же предположение чисто риторического свойства он самолично опроверг:
- Но я... знаю вас неплохо. И в одном уверен. Ты не тот, кто приносит изумруды... и помогает вернуть силу Диадеме Нарршшака.
Обращался он уже лично к Ролану. Признав его в группе чужаков предводителем.
- Да, я не тот, - с готовностью отвечал конфидент, - я не принес вам очередной изумруд. Более того, сам не принесу... и сделаю все, что в моих силах, чтобы этого не сделал ни один человек. До тех пор, пока не разберусь. Пока не выясню, для чего вы восстанавливаете Диадему Нарршшака. И чем это обернется для меня... и других людей.
- Тогда зачем ты сюда пришел? - в голосе нарядного дшерра теперь слышалось недовольство и непонимание, - что тебе нужно здесь... от нас?
- Поговорить с тем, с кем действительно имеет смысл договариваться, - наконец определился с собственными намерениями Ролан, - с вашим правителем... например.
* * *
По мере продвижения вглубь джунглей чаще стали попадаться деревья. Настоящие, со стройным стволом и раскидистой кроной. Почти как на родине Ролана. Но с оговоркой: были эти деревья до того велики, что в стволе любого из них могла уместиться, к примеру, башня Сабрины в Каз-Рошале. Из одной ветки можно было сделать осадный таран. А листва закрывала небо плотнее любой тучи. Отчего под сенью гигантского дерева было сумрачно и сыро.
Еще первое впечатление чужаков о джунглях, как о месте безнадежно диком, чуждом разуму и цивилизации, оказалось ложным. По крайней мере, в некоторой степени. Тропический лес оказался сплошь исполосованным дорогами и тропами. Причем иные из дорог шириной не уступали торговым трактам в королевстве.
И, чем дальше проходили Ролан, его спутники и конвой дшерров, тем шире становились дороги. Меньше петляли и выглядели ухоженней. Из них все реже торчали, пробиваясь сквозь темную плотную землю, травинки. А ближе к концу пути дорога была вымощена квадратными каменными плитами.
Лошади по эту сторону моря не водились. Другого же тяглового скота дшерры, очевидно, не признавали. В силу чего даже на мощеных дорогах нельзя было встретить ни повозок, ни верховых. Зато пешие аборигены попадались все чаще. А кое-где, у обочин можно было приметить и поселения. Утопающие в здешней исполинской траве одноэтажные каменные домики с плоскими крышами. Формой они походили на усеченные пирамиды.
