Противиться государю можно только при чрезмерных требованиях, довольствующемуся малым легко и повиноваться
В отношениях с друзьями советуй им делать лишь то, что они способны сделать, и веди их к добру, не нарушая приличий, но не пытайся действовать там, где нет надежды на успех. Не ставь себя в унизительное положение
В частности, власть постепенно стала переходить от того, кто должен ею обладать (это, прежде всего, император), к менее значительным фигурам.
Власть перешла от императора к знати, от знати к министрам, а от министров к их чиновникам. В конечном итоге это привело к упадку империи.
По большому счету речь здесь шла не о исправлении имен, а в попытке восстановить былые отношления между всеми членами китайского общества, начиная с самого правителя.
Иными словам имя правителя, министра, земледельца, отца, сына и их реальное поведение должны совпадать.
И второе, что подразумевала иедя исправления имен, это то, что слова и деяния должны соответствовать друг другу.
Конфуций был убежден, что только «нравственный закон» способен заставить народ повиноваться государственным указам.
Эта идея лежит в основе его доктрины «исправления имен», которая выдвигала требование соответствия действительного поведения и социального положения человека его этико-ритуальному статусу.
Именно поэтому Конфуций был убежден, что только в случае соответствия реального положения социальному статусу, можно добиться от людей исполнения ими своих обязанностей.
Цель доктрины «исправления имен» состояла, однако, не в том, чтобы вернуть власть наследственной аристократии, а в том, чтобы установить тесную связь между социальным статусом и соответствующими ему этико-ритуальными нормами.
Иначе говоря, права и обязанности каждого человека должны были получить ритуально-нравственное обоснование.
Приоритет при этом оставался за нравственными нормами, и задача состояла только в том, чтобы придать этим нормам обязательный характер.
Концепция чжэнмин находится в оппозиции к даосскому тезису об относительности имянарекания.
Вполне возможно, что заинтересованность процессом и следствиями именования имела корни в магических верованиях, где манипуляция именем предполагала влияние на его носителя.
Конфуций не ошибался, когда предполагал о своей незавидной участи при дворе вэнского правителя.
Справедливости ради надо сказать и о том, что дело было не только в самом правителе, но и в его окружении, которое и сыграло решающую роль в определении судьбы Конфуция.
Его внешность, речь и манеры не нравились утонченным аристократам, и они относились к нему соответствующим образом. А потрясавшая всех ученость и честность Учителя делали его опасным соперником для советников Лин-гуна.
Конфуцию то и дело приходилось выдерживать словесные атаки приближенных вэйского правителя.
Так, престарелый советник Лин-гуна Вансунь Цзя решил испытать ученого из Лу народной поговоркой.
— В народе говорят, — спросил он, — что лучше поклоняться очагу, чем юго-западному углу дома. Что могут означать эти слова?
В древнем Китае в юго-западной части дома жил глава семьи, и вопрос советника являл собой замаскированное предложение Конфуцию служить ему, а не правителю.
Однако Конфуций был слишком умен, чтобы попасть в расставленную ему ловушку.
— Эта поговорка неправильная, — довольно холодно ответил он, — и тому, кто нарушил веление Неба, нигде нет места для молитвы…
Подвергались словесным атакам и ученики Конфуция. Особенно доставалось Цзы-Гуну, которого царедворцы замучили вопросами о том, каким удивительным образом Учителю удалось стать таким образованным человеком.
Таким образом, они весьма прозрачно намекали на вызывавшее у них сомнение происхождение Конфуция.
Да и понять его, по словам советника, весьма сложно, поскольку он немногословен, а если и говорит, то больше загадками и недомолвками.
— Может быть, — закончил свою мысль царедворец, — это вовсе не мудрость, а попытка оправдать собственные заблуждению и недостатки?
Однако ученик стоил своего Учителя и своим ответом озадачил царедворцев, как озадачивал их и сам Конфуций.
— Удивляюсь, — сказал он, — как это вам неизвестно вам, что путь древних царей Чжоу не оборвался с их смертью? Как неизвестно и то, что величие древних живет в великих мужах нынешних времен, а их слабости продолжают жить в нынешних низких людях. Именно поэтому нет такого места в Поднебесной, где бы Учитель не мог бы извлечь для себя урок…
Конечно, были при дворе и те, кто преклонялся перед Конфуцием, но их было слишком мало, чтобы влиять на правителя.
