– Да наша, наша. Только не забудь, что у нас многонациональная страна. Когда-то она была еще крупнее. И входили в нее самые разные территории. Причем жившие там люди – не обязательно предатели. Многие после развала, даже не будучи этническими русскими, рванули к нам.
– Ты им веришь?
– А при чем здесь я? И почему не должен верить?
– Видишь ли… Фамилия переводчика Библии на латышский была Глюк. В принципе, это все, что нужно знать о прибалтах.
– Ха. Ха. Ха. А меня, раненого, двадцать километров пер на себе этнический эстонец. Так что успокойся со своим национализмом. Он иногда нужен, но в меру. И вообще, у них свои государства, у нас – свое.
– Ну, знаешь ли… В конце концов, не сравнивай Россию и…
– Знаешь, – устало вздохнул лейтенант, – ты иногда ведешь себя, как ребенок. Повзрослей уже, что ли.
– Ребенок?
– Откровенно говоря, да. Обиженный на весь мир пацан. Не обижайся, но это так. Драться научился, молодец, но и только. Извини, но то, что ты неплохо стреляешь и отменно машешь железякой, однако даже персональная коллекция трупов не делает тебя взрослее. Обиделся?
– Нет, – соврал Семен.
– Обиделся-обиделся. Ничего, это пройдет. Особенно когда ты поймешь эту жизнь чуток получше. И, к слову, нашу страну создали не ты и не я. Это – заслуга наших предков. Ими надо гордиться, но… Тот, кто гордится не своими достижениями, а лишь поколениями благородных предков, подобен репе – все лучшее у него в земле. Давай, не возмущайся. Ладно, все, закончили. И мясо готово. Приступим?
– Что-то не хочется.
– А зря. Между прочим, еда – это колоссальное удовольствие, которое можно получить, не снимая брюк.
Семен подумал секунду и все же согласился. Да, слова лейтенанта обидные, но, возможно, за ними стоит опыт, которого у Семена нет и не предвидится. Будущее покажет. Именно с этими мыслями он наливал себе первую порцию здешнего алкоголя. Ну а дальше понеслось!
Ситуация получила неожиданное продолжение на следующий день, утром. Семен проснулся поздно, и голова его гудела так, словно в нее запихнули небольшой симфонический оркестр. Все же местному пойлу, которым они с лейтенантом вчера изрядно злоупотребили, было далеко до напитков родной эпохи. Не та очистка, совсем не та. Но, с другой стороны, рвотных позывов не наблюдается, так что не все так плохо. Остается только выйти на улицу да сунуть голову в ведро с ледяной водой – авось поможет. Ну и напиться заодно – сушняк в горле был хлеще, чем в пустыне.
Когда он, фыркая, словно дельфин, закончил водные процедуры, боли уже не было, разве что в висках ломило. Зато имелась девушка по имени Матрена, одетая в домотканые штаны и ослепительно белую рубаху. Удивительно, как они безо всякой химии так отстирывать ухитряются? В каждой руке она держала по шпаге. В левой – его, Семена, в правой – тот самый трофей, что он недавно снял с тела покойного любителя дестрезы.
– Вы не откажетесь дать мне урок?
Что-то странное было в ее голосе, раньше Семен таких интонаций не слышал. Впрочем, особо анализировать нюансы он был не в состоянии – похмелье все же, понимать надо. В таком состоянии только шпагами махать. С другой стороны, почему нет? Хорошенько подвигавшись и разогнав кровь, можно как минимум прийти в себя. Подумав секунду он поднял руку и громко щелкнул пальцами.
Девушка словно того и ждала. Ловко подбросила оружие, Семену оставалось его только поймать. Рукоять, как влитая, легла в ладонь. Пара коротких взмахов… Девчонка повторила его движения практически зеркально – все же кое-что она усвоила.
– Решила освоить новое оружие?
– Да. Извини, что взяла без спроса.
– Пустое, мне оно все равно ни к чему. Хочешь – оставь себе.
– Правда? Спасибо.
И сразу после этого выпад. Довольно грамотный, не зря они размахивали железом почти каждый день, однако же заметно, что оружие непривычное. Семен уверенно отвел его, быстрым, текучим движением атаковал, позволив девушке парировать удар. Каждый раз приходилось напоминать себе, что его задача не убить, а научить. А еще – что клинки на совесть отточены. Это, как показывает практика, не увеличивает процент несчастных случаев, зато изрядно повышает концентрацию бойцов.
Несколько минут они кружились по двору, обмениваясь выпадами. Матрене было тяжело держать дистанцию, по сравнению с саблей она была совсем иной. Впрочем, девушка старалась, и было ясно – с таким упорством она научится многому и быстро. Что же, это хорошо – больше шансов, что не убьют. А то ведь она, сорвиголова, опять на стену полезет.
Так что тренировки, тренировки и еще раз тренировки. И – позволить себя достать! Чисто чтоб девочка самоутвердилась. Отбить выпад, конечно, было можно. Однако же сложно даже Семену. И вряд ли здесь найдутся те, кто смогут это сделать, поэтому никаких побочных эффектов, ну там избыточной самоуверенности, к примеру, не будет. А вот ученице несомненный плюс.
