Камни закончились, появились первые дома. Нормальных улиц в Диком никогда не было, потому Захар сильно удивился, когда группа вышла к хорошо заасфальтированному участку – метров десять, не больше. И ни одной трещины. Прущая из-под земли после каждой Волны зелень почему-то оставила дорожное покрытие нетронутым. Чудеса. И у проводника не спросишь: мыслями он уже среди бьющихся с врагом товарищей, вон как кулаки сжал.
– Сюда давайте! – Общинник свернул к высокому, в полтора человеческих роста, железному забору. – До поворота еще топать и топать. Здесь срежем.
Он попытался открыть калитку, но ее изнутри закрывал широкий засов с амбарным замком. Чертыхнувшись, проводник надавил плечом, но – бесполезно. Створка не шелохнулась.
– Помогите ему, – приказал Захар и одним прыжком перемахнул через забор. Ему даже напрягаться не пришлось. Следом посыпались остальные.
Во дворе дома было тихо. У входа на крытую террасу валялись пара лопат и грабли. Черенок одной из лопат сломан, а в стороне в луже лежит опрокинутая лейка. Там же детский велосипед и игрушечное ведерко. Создавалось впечатление, что, узнав о появлении пигмеев, хозяева просто убежали, бросив все.
Проводник уверенно направился к сараю, но у входа свернул направо, взобрался на кучу уже изрядно подгнивших досок. Лишь здесь он оглянулся и поманил за собой.
– Почти пришли. Осталось перелезть в огород к соседу и выйти на улицу.
От запаха гари щипало ноздри и першило в горле. Захар собрался окликнуть общинника, чтобы не лез вперед, но закашлялся, и его предупреждение запоздало. Парень вдруг нелепо взмахнул руками и упал навзничь.
– К бою! – рявкнул Захар и первым ловко запрыгнул на доски.
Он едва успел пригнуться, пропуская над собой вращающийся со страшной скоростью диск. Его метнул туземец, прятавшийся за бочкой с водой около соседского малинника. Слабосильным карликом дикарь не выглядел.
В руке у аборигена возник новый диск, и Захар рванул вперед. Он собирался перемахнуть через полуразвалившийся штакетник и, упав в траву, перекатом подобраться ближе. В рукопашном бою против оборотня у лесного жителя нет шансов… Но Ненахову не повезло. Под ногой треснуло, он зацепился за что-то носком ботинка и упал на забор. Проломив трухлявые доски, разодрав по пути плечо то ли гвоздем, то ли проволокой, Захар грохнулся на землю.
Больно-то как! Удача, точно, от него сегодня отвернулась. Хозяева не нашли другого места, чтобы бросить здесь секцию чугунной батареи. На свою беду на нее он и приземлился. Кажется, даже слышал, как ребра хрустнули.
Краем глаза уловив движение в густом малиннике, Захар перекатился вправо. В обломок доски рядом с плечом впился короткий дротик – он похожие в кино видел, ими дикари из духовых трубок плевались. Вспомнилась черная стрела, едва не сгубившая Вадима, и Ненахов заставил себя встать. Боль пройдет, надо немного потерпеть, а вот если колдовство шкуру попортит, мало не покажется.
Пока он барахтался среди остатков забора, в бой вступили Тони с Артемом. Оборотень спрыгнул почему-то с крыши сарая. Красивым длинным прыжком он приземлился в метре от малинника, погасил скорость перекатом и с ревом принялся кого-то там месить кулаками.
Артем появился менее эффектно. Он шел следом за Захаром и, наученный его незавидным примером, не спешил. Аккуратно переступил через поваленный столб и загородил дорогу приближающемуся туземцу. Диск тот вроде успел метнуть, но раз Артем не ранен, значит, вновь промахнулся.
– Давай вместе… Я помогу, – крикнул Захар, поднимаясь. Для ближнего боя дикарь вооружился дубинкой, усеянной клыками и когтями животных. От удара такой можно и жизни в момент лишиться.
– Сам, – огрызнулся Сноходец. Приподняв край капюшона, он уставился на аборигена.
С каким-то болезненным любопытством Захар наблюдал за агонией туземного воина. Как только тот встретился глазами с Артемом, его можно было считать мертвецом. Есть в этом даже некоторая несправедливость. Несомненно, опытный боец, изуродованный застарелыми шрамами, участвовавший во многих схватках, не в силах противостоять могуществу паренька, не умеющего даже толком держать нож.
– Никогда не привыкну к этому зрелищу, – рядом с Захаром мягко спрыгнул Борис.
– Надо быть психом, чтобы привыкнуть, – сказал Ненахов, мысленно добавив: «Или Сноходцем!»
Артем провозился неожиданно долго. Из малинника успел вернуться Тони, волоча за собой тело противника, оказавшегося обычным пигмеем. Подоспели остальные оборотни. Лишь тогда дикарь прекратил борьбу и упал лицом вперед. Лазовский вернул капюшон на место и приблизился к убитому.
– Что-то не так? – спросил Захар. Боль в ребрах притихла, дышалось легко, и пора было возвращаться к обязанностям командира.
Сноходец молча перевернул туземца на спину и наклонился над телом.
– Слушай, Артем…
– Это другие…
– Что?
– Это другие бойцы. Раньше с ними не встречались. Знак Скорпиона на плече, как и у тех, что на Ниженку напали, но здесь он в кольце других знаков. – Лазовский пошевелил пальцами. – И сила у бойцов имеется… Мерзавец, дрался как черт.
