<p>Влас Михайлович Дорошевич</p><p>Конкурс</p><p>* * *</p>Высшее специальное учебное заведение. Совет. На столе – листы с результатами конкурсных испытаний.
Директор. Ну-с, приступим. Сколько желающих?
Секретарь. 500.
Директор. Ой-ой-ой! А мест?
Секретарь. 50.
Директор. Ай-ай-ай! Речь может идти, конечно, только о тех, кто получил круглое пять.
Секретарь. Круглое пять на конкурсных испытаниях получило 400 человек.
Директор. Все-таки 400! Удивительная нынче молодежь стала. Прямо старики какие-то! Ей-богу! Кругом «Аквариум», «Крестовский», «Неметти» г), а они сидят и учатся. По-моему, это они нарочно. Назло нам. «Ага! – говорят. – Назло будем учиться!» И учатся. Знают, что у нас свободных мест нет. Так вот чтоб поставить нас в затруднительное положение!
2-й профессор. Что же делать-то, однако?
Директор. Прежде всего вычеркнем тех, у кого есть пять с минусом. Хоть одно пять с минусом. Сколько таких?
Секретарь. Пятьдесят человек!
Директор. Все-таки хоть на пятьдесят меньше! Вот бы взять да еще хоть сотенки две минусов понаставить. Ишь, ишь в клеточках сколько места осталось!
2-й профессор. Но ведь это же невозможно!
Директор. Да я и сам знаю, что невозможно! (Хватаясь за голову). Что ж делать? Что делать? Господа, нужно немножко психологии. Отсчитайте только тех, у кого пять с точкой. У кого около пятерки стоит точка. Точка – это важная вещь. Я нахожу, что что-нибудь очень хорошо, – я говорю: «Это хорошо» – и добавляю: «Да, это очень хорошо!». Точка – это показывает, что экзаменующийся произвел сильное впечатление. Пять поставил и точку – подтвердил! Пять и точка. Верно. Выбирайте точки, которые пожирней!
Секретарь. С точками осталось 250. Вот тут, у этой пятерки, какая-то странная точка. Не то преподаватель поставил, не то муха…
Директор. Считайте, что муха! Считайте, что муха! Все-таки 249!
3-й профессор (уныло). А мест-то пятьдесят!
Директор. Сейчас еще что-нибудь сделаем! С психологией кончено, обратимся к графологии. О, графология, господа, – это удивительная наука! С ней нельзя не считаться. Меня познакомил с нею один знакомый, он служит на государственной службе, но занимается графологией. Важно, как пишется цифра! Он мне массу на этот счет интересного рассказывал. Массу! Показывал даже примеры: цифры Наполеона и какого-то сбежавшего невского банкира. Знаете, это невольно как-то, инстинктивно сказывается в почерке. Этакие рефлексы. Банкир, например, он ставил крупные цифры четко, ясно, а потом пошла этакая цифра мельче, неувереннее – оказывается, с этих пор и воровать начал. Мне отвечают; я вижу, я уверен, что этот стоит пяти. Я ставлю пять, инстинктивно ставлю уверенно, большую пятерку, во всю клетку! А то, знаете, неуверенность этакая является: «Как будто это стоит пяти?». И я инстинктивно ставлю маленькую этакую пятерку, боязливую. Это, знаете, как гимназист младших классов: не уверен, надо ли поставить запятую, так он ставит маленькую запятую. Считайте только большие пятерки. Маленькие не считаются!
Секретарь. 149 человек с исключительно большими пятерками.
Директор. Вот видите! Дайте-ка сюда, я пересмотрю. Батюшка, что ж это вы делаете? Разве так можно?! Ведь это графология! Смотрите, пятерка до верха не доходит, а вы ее считаете! Конечно, с такими пятерками мы всегда будем переполнены!
Секретарь. Да ведь чуть-чуть не доходит. Может быть, это даже только так кажется.
Директор. А! Впечатление – великая вещь! Кажется – Значит, было что-нибудь. Колебанье этакое легонькое, в почерке оно и выразилось. И к тому же все-таки один человек экономии. Остается уж не 149, а всего 148. Прочтите, кто остался.
Секретарь (читая список). Иванов…
Директор. Стойте! Зачем нам, например, Иванов? В нашем ведомстве и так масса Ивановых. Есть, если я не ошибаюсь, даже Иванов 123-й. Что ж нам, тысячами, что ли, Ивановых считать? «Иванов 10-й, 715-й!» Бог знает что! Путаница! В газеты еще попадешь. Подумают, что все родственники. Ведомство Ивановых какое-то. Вычеркните Ивановых, да кстати уж и Сидоровых и Карповых. Тоже фамилии очень распространенные и их много.
Секретарь. Поликарпов тут есть. Поликарпова тоже вычеркнуть?
Директор. Поликарпов? Поликарпова у нас в ведомстве ни одного нет, но все равно, вычеркните и его. Нет – и не надо! И ни к чему, значит, Поликарповых заводить. Оставляйте только фамилии какие-нибудь такие… необыкновеннее…
Секретарь. С необыкновенными фамилиями все-таки 110 человек!
Директор (погружаясь в задумчивость). По два и одна пятая человека на место!.. Слушайте-ка! Стойте! Нет ли между ними евреев?
Секретарь. Ни одного!
