– Фу, как пошло! – на мой взгляд, совершенно нелогично заявила Ирка.
Договорить она не успела – из толпы гостей к нам вылетела знакомая девчонка с фингалом.
Впрочем, синяк с ее хорошенького личика исчез без следа. Муся все-таки молодец!
– Что, у Люси теперь хореографии учат? – спросила девчонка, явно имея в виду мое недавнее показательное выступление.
Я не успела ничего ответить.
– Хореографии, карате-до и спортивному ориентированию, – кивнула Ирка, подмигивая мне. – Вот, кстати, по поводу ориентирования: ты, видно, здесь не в первый раз? Не подскажешь, к кому обратиться с деликатной просьбой показать, где тут туалет? Моей подруге…
– Марианной меня зовут, – зачем-то сказала я.
Не ожидавшая этого Ирка поперхнулась и не закончила начатую фразу.
– Мне бы в туалет, – завершила я вместо нее. – После выступления поправить такелаж и все такое прочее…
– Я Наташа, – девчонка сунула мне твердую холодную ладошку, похожую на снулого карася в гномовом пруду. – Если ты хочешь пройти в дом, тебе нужен Павлик Морозов.
– А почему не Иван Сусанин? – машинально отреагировала я на упоминание имени пионера-героя.
– Я такого не знаю, – Наташа покачала головой, мелодично побренчав вдетыми в аккуратные ушки длинными, до плеч, сережками в виде двойных цепочек.
– Я провожу вас, – произнес кто-то за моей спиной.
Я обернулась и уперлась взглядом в стриженую макушку злого хоббита. Опустила глаза, посмотрела, что у него на ногах, не ковбойские ли сапоги? Нет, обыкновенные черные туфли.
– Это тот, другой, – шепнула Ирка.
Я кивнула. Похоже, маскарад удался и хоббит меня не узнал! Хотя, кто его знает, может, он просто не подает виду? А сам заведет меня сейчас подальше в местные катакомбы и там спокойненько прикончит?
– Иди, я сам проведу, – неожиданно хоббита потеснил другой оригинальный тип: долговязый тощий парень, заметно лопоухий и потому больше всего похожий на ожившую швабру.
Обиженный хоббит привстал на цыпочки и закачался, как кобра на хвосте.
Похоже, у них тут свои непростые взаимоотношения, а мне-то что делать? Так, этого типа я не знаю, может, вполне приличный человек, даром что похож на палку. Лучше уж я с ним пойду, чем с опасным хоббитом. Хотя все равно не помешает подстраховаться…
– А можно, моя подруга тоже с нами пойдет? – я решила прихватить с собой Ирку в качестве прикрытия.
– Ну, вашей подруге я не смогу отказать ни в чем! – Тощий малый буквально ел глазами Ирку. – Такая красотка! Может быть, вы скажете мне свое имя?
– Вот привязался, дистрофик! – тихо буркнула в сторону Ирка.
Я больно ткнула ее локтем, призывая таким образом к порядку. Нам нельзя злить аборигенов, наоборот, мы должны налаживать с ними самые дружеские отношения, иначе не только ничего не разведаем, но и можем серьезно пострадать!
– Ладно, ладно, Афродитой меня зовут, – подруга явно брякнула первое, что пришло в голову.
Я хрюкнула.
– Я так и думал! – галантный дистрофик сверлил Ирку взглядом.
– Так мы идем в сортир или нет? – не выдержала я.
– За мной, – скомандовал дистрофик, пускаясь в путь по окраинам просторного зала.
Обойдя его по периметру, мы втроем нырнули в малозаметную дверцу позади наяривающих музыкантов и оказались в коридоре. Первую же встретившуюся нам дверь украшала безвкусная цветная картинка с изображением маленького дауна, писающего в корявое подобие большой чайной чашки.
– Вам сюда, – это замечание глупого типа показалось мне совершенно излишним.
Не говоря ни слова, я вошла в уборную, закрыла за собой дверь на задвижку, нагнулась и ковырнула ногтем каку-бяку на правой туфле. Искусственный коготь с треском переломился пополам, а белая горошина осталась на месте. Черт, говорила же Ирке, не надо сажать ее на супер-клей! Можно же было самым милым образом прилепить бяку на жвачку!
Я огляделась. Слева от розового умывальника висело на крючке безупречно отутюженное полотенце. Крючок металлически сиял и выглядел достаточно крепким. Сдернув с ноги туфлю, я сунула горошину в завиток крючка и резко потянула вниз.
Крак! Рычаг сработал, горошина сорвалась и поскакала по кафельному полу. Я поскакала за ней следом, настигла резвую каку-бяку в углу и, не мешкая, зашвырнула ее в сияющий чистотой унитаз. Все, бегом отсюда, сейчас тут будет очень дурно пахнуть!
Я выскочила из тулета, едва не сбив с ног дистрофика.
– Все? – поинтересовался дурно воспитанный скелет.
Надеясь, что он не заметит непорядка в моем туалете, я завела ногу за ногу, прикрыв пострадавшую туфлю, и обиженно сказала:
– Нет, не все! У вас там в туалете такая гадость, что пользоваться им по прямому назначению никак нельзя! Приличный с виду дом, а в сортире такое безобразие!
Удивленный дистрофик метнулся мимо меня в сортир.
– Порядок? – тихо спросила Ирка.
– Ага, – прошептала я в ответ.
Шмыгая носом, вернулся раздосадованный парень.
– Фу-у, – сказал он, помахав перед лицом ладошкой. – Ну и дерьмо! Прямо хоть нос затыкай!
– Затыкайте на здоровье, – строго сказала Ирка. – Можете даже противогаз надеть, если хотите, но сначала проводите нас, пожалуйста, в нормальный туалет!
