Ответом ему была звонкая и очень жгучая пощёчина, от которой боевой дух пахановской шестёрки мгновенно остыл и толстый зад его, быстро нашёл своё место на покинутом, было, кресле. Больше не отвлекаясь деталями, теперь уже на прямую, обращаюсь к старшему группы, седовласому мужчине с суровым волевым лицом прирождённого лидера.
– У меня к вам дядя, имеется взаимовыгодное предложение. Вы сейчас добровольно, без нервов, возвращаете то, что незаконно вывозите из страны, а я, в благодарность, оставляю всем вам жизнь и гарантирую свободу.
Седой, холодно выслушав предложение, бесстрастно глядя мне в глаза, словно пред ним, стоял уже на половину покойник, ледяным голосом выдвинул свою видимость сложившейся ситуации.
– Ты даже не представляешь парень, в какое дерьмо, ты только что влез, при чём, по самые уши. Впрочем, у тебя ещё есть шанс остаться, какое-то время, на этом свете, и что немаловажно, с хорошими деньгами. Правда для этого, ты нам сейчас сдашь тех, кто послал тебя сюда, бросишь пушку на пол, и до самой посадки будешь вести себя тихо, и подчёркнуто скромно.
Терпеливо дав ему высказаться, я ни сколько не смутившись, решил сразу снять сей гнилой вопрос с сегодняшней повестки дня.
– Да ты дядя, похоже, все концы попутал. В дерьмо вляпался именно ты, вся твоя продажная кодла. Вот почему, не стоит туда тащить тех, кто видит жизнь с другого стороны бугра. А от щедрот твоих гнилых, за версту мертвечиной тянет, и ты знаешь это лучше меня. Так что давай сейчас, без этих ваших кремлёвских разпальцовок, на которые мне, просто плюнуть и забыть. И как бы подводя черту под затянувшейся словесной перепалкой, я подцепил стволом револьвера тяжёлый тёмно-серый кейс, что важно лежал на соседним сидении, и подтянув его к себе, в слух выдал первое что пришло тогда в голову.
– Экспроприация у экспроприаторов.
Вслед за кейсом, заимел себе нового хозяина и чёрный бронежилет новейшего облегчённого образца, что висел на спинке того же кресла, предусмотрительно прихваченный кем-то в полет.
Не горя желанием получить подлую пулю в спину, я тут же, одел его на себя, и не обращая внимания на язвительные замечания на этот счёт, стал не спеша изымать оружие, у выведенной из строя охраны. После чего, мне оставалось лишь ждать посадки самолёта в аэропорту Питера, и с нескрываемым интересом наблюдать, как вся компания понемногу приходит в себя.
Воздушное судно я покинул естественно первым, едва только смолк шум его моторов.
Ориентируясь лишь по огням вокзала, и отлично понимая, как дорога сейчас каждая секунда, бегу в полной темноте к точке передачи ценностей, о которой мы ранее условились.
Чёрный джип сотрудника конторы я разглядел только когда, тот был уже совсем рядом. Получив короткий ответ на свой условный сигнал, вполне довольный чисто проделанной работой, без суеты и спешки направляюсь к приоткрывшейся задней двери машины, где вручаю кейс и пакет с трофейными стволами, протянутой из салона руке.
Затем была яркая вспышка, резкий удар в грудь, и жёсткое падение спиной на аэродромное поле.
Я ещё не успел толком осознать случившееся, когда джип тихо завёлся, и не включая фар, медленно обогнул меня по дуге, после чего снова зловеще остановился рядом.
Только бы не в голову, успел подумать я, и второй, контрольный выстрел ударил жуткой, ломающей ребро болью, в левый бок.
Прошло несколько мучительных минут, прежде чем боль немного утихла, и мне удалось подняться на ноги. С трудом делая каждый последующий вздох, кое-как освободившись от спасшего жизнь бронника, скрепя от боли зубами, стараюсь как можно быстрей убраться с аэродромного поля. Анализировать и делать какие-то конкретные выводы по поводу случившегося, желания пока у меня не было. Одно было ясно, что попал я сегодня конкретно.
Сделав всё, что бы остаться не замеченным, оставляя за спиной зону аэропорта, весь остаток ночи упорно бреду вдоль автотрассы по направлению к городу.
Одновременно с рассветом, ко мне пришло некое везение в лице пожилого таксиста, удачно подхватившего раннего клиента возле самой заправки, и за хорошую плату, доставившего его по нужному адресу.
Дав команду бомбиле остановить машину за квартал от своего дома, ни сколько не сомневаясь в том, что на меня уже объявлена охота, не брезгуя всеми мерами предосторожности, осторожно прохожу под окнами старенькой хрущёвки и стремительно поднимаюсь на пятый этаж, на площадке которого, находилась моя временная квартира. Там, внимательно осмотрев замки, и убедившись, что контрольная метка, оставленная мной, не нарушена, быстро открываю дверь, и так же быстро проникаю в прихожую.
