Однако поскольку он не мог определенно сказать, как называется его деревня, выяснить, как туда добраться, им так и не удалось.
Они выехали из города по той дороге, по которой в него прибыл Вольф. Когда страж у ворот заметил Вольфа, то немедленно распахнул их и отступил в сторону, заискивающе улыбаясь. Когда Вольф проезжал мимо, стражник отдал ему честь.
– Расскажи мне о себе все, с самого начала, – сказал Вольф, когда город остался позади.
И пока они ехали по лесу, Конрад рассказывал. Он начал с того, как решил покинуть свою деревню, как ночевал в лесу, как провел ночь в дупле, а утром услышал топот армии чудовищ и увидел их самих.
Он рассказал, как выстрелил последней черной стрелой в грудь Черепа, как убежал из усадьбы и бросился в реку.
Время от времени Вольф просил его повторить некоторые моменты или уточнить детали, но большей частью слушал молча, не прерывая.
Когда Конрад закончил рассказ, его сердце стучало, а тело покрылось потом, словно ему вновь пришлось пережить те страшные часы.
Он замолчал, ожидая, что скажет Вольф, но тот упорно молчал.
– Вы мне верите? – быстро спросил Конрад.
– В то, что ты рассказал, поверить невозможно, – ответил Вольф через пару минут молчания, – хотя кое-что вполне могло быть на самом деле. Людей-крыс, например, уже встречали, их называют скейвены. Очень немногие верят в их существование, и еще меньше людей их видели – и уж совсем немногие дожили до того дня, когда смогли о них поведать. Судя по ярким и живым картинам, которые ты мне нарисовал, все это ты видел собственными глазами – или считаешь, что видел.
– Вы думаете, что все это мне… привиделось?
– Галлюцинации? Вполне возможно.
– А как быть с этим? – спросил Конрад, показывая на свои шрамы. – Это тоже галлюцинации?
– Это может быть реакцией на увиденное.
– Как это?
Вольф усмехнулся:
– Ладно, парень, забудь, скоро мы все выясним. Так ты говоришь, что это произошло два дня назад, в день святого Сигмара?
– Да. Все в нашей деревне почитают Сигмара. В смысле – почитали.
– Рад это слышать. Я сам почитаю Сигмара. А в молодости я хотел примкнуть к ордену Анвила. Ты только подумай!
И Вольф рассмеялся. Конрад ничего не понял.
– Я в роли монаха! – продолжал Вольф. – Держу пари, ты ожидал, что я собирался стать тамплиером, одним из рыцарей Пламенного Сердца.
Конрад решил, что лучше промолчать.
– Так ты говоришь, что в вашей деревне поклонялись Сигмару?
– Кажется, да.
– Странно. В вашей местности почти все поклоняются Ульрику. Центр его культа находится в Миденхейме, самом крупном городе здешних мест, – хотя до него отсюда далеко.
– Конечно, – ответил Конрад, окончательно сбитый с толку.
– Ты, наверное, думал, что я тоже почитаю Ульрика, ведь он бог войны и покровитель волков. Его знак – голова волка. Но на моем щите ничего не написано, я предпочитаю быть… волком-одиночкой.
Вольф усмехнулся, обнажив свои острые зубы.
Имя Ульрика Конрад уже слышал во время разговора между Вольфом и бароном Крейшмером.
Однако впервые он узнал об Ульрике от Элиссы. Наверное, это другой бог.
– Это не совпадение, что все события, о которых ты рассказал – если, конечно, все это правда, – произошли в день святого Сигмара, потому что совпадений не существует.
Сказав это, Вольф погрузился в молчание. Конрад ждал продолжения, но напрасно.
– Насчет Сигмара… – сказал Конрад, прождав несколько минут.
– Что насчет Сигмара?
– Он бог?
– Да.
– И он основал Империю?
– Да.
– Тогда, – сказал Конрад, облизав пересохшие губы, – кто такой этот Сигмар и что такое Империя?
Вольф остановил лошадь и изумленно уставился на Конрада.
– Ты что, дурака валяешь, парень? – сердито сказал он. – Если да, то…
– Нет, – заверил его Конрад. – Я действительно не знаю. То есть я вообще ничего не знаю о Сигмаре, честное слово.
– Будь это кто другой, – сказал Вольф, – я бы подумал, что он врет. Но…
Он провел рукой по белым волосам и вздохнул. Затем спрыгнул с лошади, отхлебнул воды из своей фляги и показал Конраду на пятачок травы у дороги.
– Присядем. Пора дать тебе образование.
Они сели на траву. Вольф глотнул воды, затем протянул фляжку Конраду, и тот также сделал большой глоток.
