Прошел год – и в Полянске новое происшествие. На реке погибает молодой приезжий Антон Петрович Дубков. Все убеждены, что это несчастный случай. Но бдительная Таисия Игнатьевна готова поставить всё на то, что это убийство. Дав делу ход, она вместе с другими героями неожиданно оказывается в водовороте событий.Комментарий Редакции: Новый роман в жанре "Классический российский детектив", в котором Алексей Кротов в очередной раз удивляет читателя поразительным в своей изобретательности способом совершения преступления.
– Амфитрион! – проорала Пелагея Егоровна Цепкина – Амфитрион!
Молчанье было ей ответом. Зятя Пелагеи Егоровны Амфитриона Ферапонтовича Редькина давно уж и след простыл. Стоило бдительной теще на несколько минут ослабить надзор, и результат не замедлил сказаться. Амфитрион исчез, словно его и вовсе не было.
Почтенная Коробочка – а прозвали так Цепкину за неодолимую страсть к скопидомству – была вне себя от ярости. Она рвала и метала, вращала налитыми кровью от гнева глазами, но все напрасно; в радиусе ее испепеляющего взгляда зятя не было. Амфитрион исчез в самый ответственный момент. Цепкина как раз собиралась поручить ему полоть клубнику. Она оставила Редькина одного всего на несколько минут (пошла проверить, сварились ли макароны), а когда вернулась, то Амфитриона уже ветром сдуло.
– И ведь он вроде бы согласился, – задыхаясь от бессильной ярости стала припоминать Коробочка, – покорность, подлец, изобразил, мол, вот он я, готов к услугам, что прикажете, Пелагея Егоровна. А потом, как бы случайно, вспомнил о макаронах. Ну я и клюнула. Пошла проверять!
Тут Цепкина сплюнула и присела на лавку, чтобы немного успокоиться и решить, что делать дальше. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, что Редькин ушел пить с Дудкиным. Дилемма, стоявшая перед Пелагеей Егоровной заключалась в следующем: идти на поиски зятя и всыпать ему немедленно, не обидев при этом Дудкина, или подождать его возвращения (когда-нибудь же, он все таки вернется!) и тогда уже разобраться с ним как следует. Пелагея Егоровна с удовлетворением подумала: хорошо, что Зоя в Ленинград укатила, некому будет за него, пропойцу, заступиться.
Пелагея Егоровна посидела еще с минуту и наконец, решительно поднялась.
– Нет уж, на этот раз я не стану дожидаться, пока он притащится обратно, – вслух произнесла она, – а найду его прямо сейчас и как следует намылю шею.
Цепкина вышла из калитки и стала озираться по сторонам, надеясь найти свидетелей бегства Амфитриона. И свидетели нашлись. Точнее, свидетельница. Мария Николаевна Симагина, делая вид, что наблюдает за птицами, изобразив при этом на лице выражение отрешенности, с нетерпением поджидала Цепкину. Пелагея Егоровна заметила Симагину и не теряя времени направилась к ней.
– Добрый вечер, Мария Николаевна, – хмуро поздоровалась Коробочка.
– Добрый, Пелагея Егоровна, – мягко откликнулась Симагина и с едва уловимой иронией поинтересовалась. – Погулять вышли, Пелагея Егоровна, свежим воздухом подышать?
– Да какой тут воздух, – отмахнулась Цепкина, – Вы лучше скажите: Амфитрион тут не проходил?
Мария Николаевна только и ожидала этого вопроса.
– Амфитрион? – переспросила она. – Как же, пробегал минут пять назад. Мне показалось, что он куда-то очень торопится, – и она с ангельской улыбкой взглянула на собеседницу.
– Еще бы ему не спешить, – проворчала Цепкина. – А куда он пошел, вы не видели?
– А по тропинке, что ведет к реке.
– Спасибо, – поблагодарила Цепкина и направилась к указанной тропинке.
Но Симагина выдала еще не всю информацию.
– Тут, кстати, я музыканта Дудкина заметила, – сообщила она вслед уходящей Цепкиной.
– Дудкина? – быстро повернулась Цепкина. – А он куда пошел?
– Да по той же самой тропинке.
– Ясно, – кивнула Коробочка и устремилась в погоню.
Мария Николаевна довольно посмотрела ей в след, с чувством исполненного долга она вернулась домой. Миссия сплетницы была выполнена.
Тем временем Пелагея Егоровна быстро спускалась к Холодной. Ей не терпелось догнать сбежавшего от работы Амфитриона. Тропинка была извилистая, сильно поросшая травой, поэтому идти по ней было трудно, и Пелагея Егоровна часто спотыкалась. Спустившись к Холодной, она остановилась, размышляя, где затаились Амфитрион и Дудкин. Тряхнув головой, Цепкина двинулась по берегу Холодной в сторону реки Крутой. Пройдя метров двести, она явственно услышала плеск воды и голос музыканта Дудкина. Цепкина поняла: они собрались прокатиться на лодке. В порыве благородного негодования Коробочка тяжело побежала в сторону Крутой, надеясь остановить лодку. Пелагея Егоровна была уже почти у цели, как вдруг левая нога ее оступилась и Цепкина с грохотом сверетенилась с небольшого обрыва.
– Ой-ой-ой, – пропищала она, – куда это меня угораздило?
– Вам помочь? – внезапно раздался над ней мужской голос.
Цепкина подняла глаза. Рядом стоял среднего роста мужчина лет 37–38, брюнет, с мягкими карими глазами.
– Вы наверное ушиблись, – продолжил он, видя, что Цепкина не отвечает, – хватайтесь за мою руку.
Коробочка послушно ухватилась и весь ее немалый вес был немедленно приведен в вертикальное состояние.
– Кажется руки-ноги целы, – проворчала Цепкина приходя в себя.
Молодой человек оглядел ее критическим взглядом.
– В таких местах лучше не бегать, – укоризненно заметил он, – а то неровен час…
– Кто вы? – резко перебила его Цепкина. – Я что-то раньше вас не видела.
