Император Оттон и священники как инструмент укрепления государства. Махавира и Иисус. Эксперимент Буса Белояра и отца Григориса. Следы скифской культуры в христианстве. Реформа Константина Великого. Разобщение апостольских Церквей. О Марии Назаретянке и Марии Магдалене. Сражение на острове Монаха. Вторжение ромеев в Сирию.
Торжества и гуляния длились целый месяц. Сначала свадебные, затем триумфальные, по случаю победы над флотом эмира Тарса.
Внезапно, после безудержного веселья на город опу?стился траур. Под воздействием вина патриарх Феофилакт решил объездить скакуна, приобретенного накануне. То, что было бы просто для человека трезвого, для человека в подпитии оказалось смерти подобно. Феофилакт упал с коня и разбился насмерть.
Нелепая смерть патриарха поразила город. В свои пятнадцать лет, назначенный на патриарший престол Константинополя, Феофилакт за двадцать четыре года служения, стал неотъемлемой частью столицы. В городе его очень любили - и не без причины. Если в светских делах архиепископ проявлял гибкость и терпимость, то с еретика?ми был суров и непреклонен. Злопыхатели и монахи-аскеты называли его беспутным из-за его увлечения лошадьми. Но все же отдавали ему должное, видя, как Феофилакт твердой рукой вел свою паству к благоденствию. Патриарх принимал у себя в резиденции даже еретиков и язычников, способ?ствуя распространению истинной веры среди заблудших.
К сожалению, у Багрянородного был всего один сын, и он не мог по примеру своего тестя предложить приемника из своей семьи. Поэтому, после времени поло?женного на траур, поместный Синод епископов выдвинул пресвитера Полиевкта1 на вакантное место архиепископа Константинополя и Вселенского патриарха. Полиевкт был синкелом - советником патриарха и являлся как бы его духовным наследником. Кроме того он был учеником бла-женного Андрея2, который сподобился узреть Пресвятую Богородицу. В Полиевкте поместные епископы надеялись увидеть патриарха, величием подобному Святому отцу Иоанну Златоусту.
- Отец! Ты уже слышал? - Спросил Роман во время трапезы с Багрянородным базилевсом.
- Синод выдвинул синкела Полиевкта на место патри?арха. Ты одобришь его кандидатуру?
- А что ты думаешь по этому поводу? Все-таки тебе продолжать мое дело и цар?ствовать вместе с этим главой Церкви.
- Я плохо его знаю, но Анастасия узнала его лучше. Ведь он был ее духовным наставником перед замужеством. Она уверяет, что лучшего патриарха на кафедру Святого Андрея не найти и просит за него, - ответил Роман.
- Вот это то, что я называю полноценная семья, - рас?смеялся Константин. - Или, как говорят славяне: "Куда шея, туда и голова". Не успели пожениться, как ты стал прини?мать государственные решения по совету своей супруги.
- Что в этом плохого? И разве ты не советуешься с севастой? - Обиделся Роман.
- Плохого в этом действительно ничего нет, - уже более серьезно ответил Константин. - И слушать советы нужно не только в постели у жены. Надо выслушивать мне?ния и других советников. А вот принимать решения надо самостоятельно, обдумав все советы и взяв за основу раци?ональность. В этом, сын мой, и заключается тонкая грань между самостоятельностью и зависимостью от кого бы то ни было.
- Да понял я, понял, - поспешил согласиться Роман, ко?торого раздражали постоянные нравоучения отца. - А что же ты решишь с Полиевктом?
- Хм! Полиевкт монах добродетельный, но суровый. Он монашествует с детства, и прославился аскетической жизнью. Кроме того он упрям и яростно отстаивает док?трину независимости духовной власти. Но это желание не крамольное. Поэтому я склонен, учитывая ходатайство моей невестки Феофано, утвердить решение Синода, - сно?ва добродушно сказал Константин.
- Благодарю тебя, отец! - Воскликнул Роман, кото?рый захотел немедленно обрадовать Анастасию хорошей новостью.
- Но в дальнейшем, тебе придется внимательно сле?дить, чтобы патриарх Полиевкт не превратил государство в один большой монастырь, - с долей юмора внушал сыну Константин, но видя его нетерпение, снисходительно ух?мыльнулся и позволил тому удалиться.
По случаю утверждения постановления помест?ного Синода, в резиденции царя царей состоялась встреча с Константина Багрянородного с Полиевктом. После официального представления, в соответствии с дворцовым церемониалом, базилевс и новый патриарх уединились для приватной беседы.
В личной резиден?ции Вуколеона, больше напоминавшей кабинет ученого, пошел разговор, не предназначенный для посторонних ушей. Политика и религия, как обычно, всегда сплета?лись в причудливый клубок.
- Наша политика на севере принесла блестящие пло?ды - говорил Константин, по обыкновению философствуя. - Окрестив одного из вождей маджар3, я приобрел вместо разбойного народа отличных союзников. Царская корона для Дьюлу - небольшая цена по сравнению с выгодой тако?го союза. И хорошая дубина для франкских рексов.
К сожалению, Оттон оказался талантливым стра?тигом. Сначала, он подавил мятеж герцогов и их союз?ников, в Лотарингии4 и Баварии5. Затем прямым ударом закованной в броню конницы, обратил в бегство венгров в битве при Лехе6.
