Войдя в дом, Констанца торопливо поднялась в детскую. Лиззи, немного подросшая, с пухлыми ручками и ножками, весело лепетала что-то своё лёжа на диване, под присмотром бдительной няни. Рядом, на корточках, сидел Ален. Девочка крепко держала отца за палец, а он осторожно поглаживал ножки, животик, тонкие волосики на головке, ласково и негромко разговаривая с ней. Они оба были абсолютно счастливы, и Констанца задержалась у дверей, не желая им мешать. Ален поднял голову, мягко улыбнулся: — мама говорит, что Лиззи очень похожа на их с отцом дочь, — Констанца поняла. Он говорил о своей, умершей в младенчестве сестре. Леди Эмилия, тяжело пережившая её смерть, увидела те, родные черты, в крохотной внучке, которую любила без памяти.
Констанца присела на диван, расстёгивая лиф специально сшитого для удобства кормления платья. Няня подала ей дочь, которая нетерпеливо сучила ножками и сразу же припала к груди, торопливо глотая и захлёбываясь. Ален погладил пальцем пухлую, как будто перевитую у запястья ниточкой ручонку. Дочь оторвалась от груди и, повернув голову, беззубо заулыбалась. — Не мешай, Ален! — Строго сказала Констанца, — пусть ест, потом поиграете.
— Ваша милость! Ваша милость! — Опрятно одетый подросток бежал по дорожке сада навстречу Констанце, — там два лорда спрашивают Его милость!
Передав Лиззи на руки няне, Констанца торопливо встала со скамейки. Сегодня девочке исполнялось два года. Гостей не ждали, лишь обещали подъехать родители Алена, да лорд Касилис. Лорд Викториан тоже хотел побывать у них, если позволят его больные. Неизвестные люди насторожили её.
Она на ходу осмотрела себя: кажется, Лиззи не испачкала её. Дочь всё утро играла на лужайке со щенком неизвестной породы, подаренным ей отцом, потом они с няней ходили собирать крупные спелые ягоды клубники, некоторые из них давились, пачкая ручки и щёчки, а затем подошёл пятилетний внук садовника и стал учить маленькую Её милость выбирать из лунки под кустом жимолости красных дождевых червей для рыбалки. Но тут Лиззи обнаружила, что очень устала. Она подошла к маме и попросилась на ручки. Да так и уснула, положив черноволосую головку матери на плечо.
Теперь Констанца торопилась к нежданным гостям, на ходу поправляя кокетливую кружевную шляпу, бросающую лёгкую ажурную тень на её лицо. Она провела руками по бёдрам, расправляя складки простого летнего платья из батиста цвета сливочного масла. Чуть-чуть помято, но, хвала Всеблагому, Лиззи нигде не оставила ягодных пятен. Скорей бы приехал Ален! Он был в соседней деревне, всего-то в полутора роенах от дома. Там староста, недавно назначенный Его милостью, развернул кипучую деятельность. Он решил, что деревня займётся разведением гусей, благо, река, то-бишь Жемчужный Ручей, протекала неподалёку. Ален поддерживал начинание и поехал передать старосте небольшую сумму денег для покупки породистых птиц.
Констанца вышла из калитки сада и увидела двух незнакомцев на больших и красивых лошадях. Она ничего не понимала в породах лошадей, но и ей было ясно, что кони очень породистые и очень дорогие. Сами незнакомцы ничего из себя не представляли. Довольно молодые, один излишне полный, как ей показалось, одеты в простые серые треконды и чёрные кожаные брюки. Она улыбнулась про себя, представив, как же жарко в такой одежде летним днём. Её Ален давно уже одевается удобно и по погоде. Вот и сегодня он уехал в жилете-безрукавке поверх рубашки и брюках из тонкой шерсти.
Незнакомцы выжидающе смотрели на неё, и ни один из них даже не подумал слезть с коня и поклониться хозяйке, как оно и приличествует. Более того, они смотрели на неё холодно и высокомерно. Констанца была поражена такой неучтивостью, но, подойдя ближе, присела в вежливом реверансе, приветствуя гостей. В конце концов, она не переломится, а эти мужчины не похожи на лордов из соседних поместий. Они лишь кивнули ей — какая наглость! — Возмущённо подумала Констанца, но сдержалась. Один из мужчин, полный, с холодным и надменным взглядом, сказал: — так вот вы какая, леди…Констанца! А где же ваш муж?
Безмятежно, хотя в груди всё кипело, она ответила: — лорд Ален скоро будет, он уехал в соседнюю деревню, но обещал не задерживаться. А пока, прошу вас, Ваша милость, проходите с вашим спутником в дом. Я распоряжусь, чтобы вам подали напитки.
Мужчины переглянулись и спешились. Констанца кивнула головой выглянувшему из конюшни конюху, который подбежал и с поклоном принял поводья из рук всадников.
В малой гостиной она предложила мужчинам удобные кресла и, извинившись, покинула их, чтобы распорядиться о напитках. Правда тот, полный, потребовал только бокал холодной воды, что и было выполнено.
