С Аркашей сложно. Угораздило же меня в него влюбиться. Вот Света молодец. Ей Костя нравится. Бывают девушки, которые влюбляются в правильных, хороших парней. Как будто разумом влюбляются. А у меня разум и чувства как противоположные полюсы. Разумом выбираю хороших, а тянет на каких-то сложных.
Не то чтобы Аркаша плохой. Но с ним очень непросто ладить. Порой мне кажется, что и он сам от этого страдает. В нем как будто несколько человек уживаются. То он ласковый, любящий, невозможно устоять перед его шармом, то буквально через мгновение становится напряженным, переполняется возмущением, гневом, и хочется сбежать от него подальше. Его настроения сменяются слишком быстро и хаотично. Социопат, ей-Богу!
Как в сказке «Двенадцать месяцев», когда все времена года должны были сменить друг друга за несколько минут, так и его состояние всегда неспокойное и переменчивое. Но мне очень сложно представить себя с кем-то другим. Даже невозможно. Мне нравятся другие мужчины, но только как друзья. Мысль, что Аркадий может быть не со мной, меня убивает. Я же себя с другими не представляю.
В таких мыслях я подошла к дому. Что меня там ждет? Я знаю, что предстоит серьезный разговор, и что Аркадий все вывернет наизнанку. Но мне так хочется этого избежать. Робко, с опаской открываю дверь.
Ух ты! Все в цветах! Вся квартира в красных розах. На полу, на полочках, столе, тумбочках и шкафах словно звезды мерцают маленькие свечки. Сладкий ванильный аромат настраивает меня на волну любви. Навстречу выходит муж с двумя бокалами красного сухого вина. Я скидываю туфли на каблуках, босая подхожу к нему и беру бокал.
– Настюш, ты мое все! Я тебя люблю слишком сильно и без тебя не могу жить. Прости меня, и будь моей всегда! – протягивает свой бокал к моему, чокаемся.
– Я тебя тоже люблю, Аркаш! Мне так больно было, когда ты ушел. Ты – смысл моей жизни. Как ты все красиво украсил!
– Мне хотелось как-то загладить свою вину. Я повел себя так несдержанно, – зажимает руки в кулаки. Его лицо наполняется злостью вместе с воспоминаниями. Он пытается себя контролировать. Я смотрю на это, и мне становится страшно. Ведь я прекрасно знаю, какой он в гневе, и еще никогда не видела, чтобы он с ним справился. Он пробует вино. Я тоже делаю глоток.
– Идем на кухню, там фрукты и тортик шоколадный, какой ты любишь.
– Спасибо, ты такое солнышко!
Я отрезаю нам по кусочку и кладу на тарелки. Ставлю перед ним, беру себе. Сажусь, смотрю ему в глаза. Он ждет. Я пробую, восторгаюсь свежестью тортика и вкусом. Он продолжает прожигать меня взглядом, кладет свою руку на мою. И режет меня вопросом. Я молю про себя: «Только не начинай. Только не порть все. Ведь ты так красиво все сделал, так постарался!» Но нет, вопрос звучит набатным колоколом:
– Ты спала с Костей?
– Что? – я от неожиданности даже подавилась. Он стучит меня по спине и вопросительно смотрит в ожидании ответа. Я смотрю на него немигающим взглядом:
– С кем?
– А что их несколько?
– Аркаш, ты о чем? Я тебе никогда не изменяла. И твои вопросы меня обижают. Хватит уже. Ты меня за кого принимаешь? Я тебе не шлюха какая-то, и ты это прекрасно знаешь. Иначе бы ты точно на мне не женился. Так что прекращай на меня нападать. То, что я серьгу потеряла, не значит, что я сплю со всеми подряд. Как тебе не стыдно!
– Это мне стыдно? Это тебе должно быть стыдно. Приглашаешь в первый день моего приезда этого мужика, а он сначала с тобой танцует, потом на кухню тебя уводит, и тихо тебе шепчет, что ты у него в кровати оставила. А трусы ты там случайно не оставила? Мне стыдно? Да ты оборзела, Настя! Ты сейчас должна извиняться и прощения просить! И давай все подробно мне рассказывай, если тебе нечего скрывать. Мы не в детском саду, чтобы я поверил, что вы в кровати в прятки играли.
– Знаешь, Аркадий, у меня такое впечатление складывается, что это ты мне изменяешь, потому что человек так может мыслить, только если у него самого рыльце в пушку. Может, это ты в своих командировках мне изменяешь? Вот ты ночью звонил, а я слышала женский голос. Кто это, скажи пожалуйста?
– Вот только не надо все с ног на голову переворачивать! Решила, что лучшее средство защиты – нападение? Со мной не выйдет. Рассказывай, что у тебя там было?
Язык мой – враг мой. Мне бы сейчас остановиться, извиниться, рассказать без подробностей про корпоратив. Может, и обошлось бы. Он и так нервничает и ревнует. Его бы успокоить, а я как назло сама завелась. Разозлилась на то, что он так обо мне думает. Взыграло чувство справедливости.
– Ага, а сам стрелки переводишь? Что за баба там с тобой была в Швейцарии? Думаешь, я поверю в то, что ты на улице стоял, а она мимо проходила?
– Прекрати!
– А кто начал?
– Я тебе цветы купил, все свечами украсил, тортиком тут угощаю, а ты мне просто правду сказать не можешь?
– Цветы купил и сам все портишь! А зачем купил? Чтобы меня допросами замучить? Это что, метод кнута и пряника?
– Да что ты за стерва такая? Я с тобой по-хорошему, а ты издеваешься над моими чувствами!
– Я? Стерва? Да ты стерв не видел! Избалованный дипломатишка!
