На повестке дня один единственный вопрос: как вернуться в своё будущее, где Академия Амбрелла, а не Спэрроу? На хвосте – команда Бена, желающая их прикончить, впереди – неизвестность. Почему, чёрт его дери, именно в этот момент кризиса Пятый обращается за помощью к обычной, на первый взгляд, владелице кафетерия посреди огромного мегаполиса? И каким боком здесь мифическая хреновина, родом из Греции?
Heshey’s¹ - американский шоколад с орехами.
— У кого-то есть идеи, как вернуться в нашу Вселенную, подальше от этой, в которой озлобленная версия Бена готова разорвать свою задницу ради Академии Спэрроу?
Озлобленный, практически, рык Диего пронзил натянутую тишину отельного захолустного номера, который Лютер снял на последние двадцать баксов. Клаус фыркнул, отпивая из горлышка бутылки немного крепкого алкоголя, который заставил его поморщиться, в то время как Эллисон и Ваня закатили глаза. Грёбаное напряжение, что возникло между ними с прибытия в это время, давило и не давало нормально мыслить.
Каждый винил друг друга в этом.
— Давайте выпьем?
— Клаус! — в один голос воскликнули девушки, в который раз за эти два часа закатывая глаза.
— Может, попросим помощи у Комиссии? Они всё же дали нам чемодан, — невинно хлопая ресницами, предложила Эллисон.
— Ага, конечно, — усмехнулся Диего. — Ваня разхреначила половину их сотрудников, и в благодарность за это они помогут нам с расчётами…
— То есть это я виновата?! — свела брови девушка, повысив голос и слегка наступая на мужчину.
— Если бы ты только не убила…
— Да я спасла твою задницу, неблагодарный ты говнюк!
— Заткнитесь оба! — Эллисон, словно рефери, встав между ними, развела руки в разные стороны. Диего и Ваня тяжело дышали, глядя на неё. — Меньшее, что нам сейчас нужно, это рассориться к чертям. — Грёбаный поучительный тон, который никто из них не любил, был словно напоминанием, что они всё ещё семья.
— Ваня права, — вставил свои пять копеек Клаус, который на удивление прекрасно соображал для человека, выпившего с треть бутылки виски, — она защищала нас. Лично я невероятно благодарен тебе за свою невероятно прекрасную спасённую задницу, сестричка, — подмигнул парень, при этом вскинув указательным пальцем в её сторону. Диего закатил глаза, не понимая, что он всё ещё делал в этом обществе.
— Может, поищем какого-нибудь профессора, который понимает углублённую физику? — предложил Лютер, глядя на то, как странно притих Пятый, сидя по-турецки на диване. Он над чем-то усердно раздумывал, держа руки домиком возле своего подбородка. — Попросим сделать расчёт и всё.
— Ну да, конечно. Каждый ведь заумный старикашка знает, как сделать расчёт для путешествия во времени или по вселенным, — продолжал язвить Диего, скорее от понимания, что он не может вернуться домой, нежели от желания насолить. — Хотя, погоди, у нас даже нет знакомых с интеллектом такого уровня, а найти будет очень непросто. Они, к сожалению, под ногами не валяются и…
— Что ты сказал? — резко прервал Пятый, встав на ноги. Родственнички тут же оглядели странные действия парнишки. — Повтори.
— Хотя, погоди, у нас даже нет знако…
— После этого.
— Они под ногами не валяются.
Все молчали, напряжённо глядя на то, как мальчик о чём-то раздумывал, слегка прищурив глазёнки. Они понимали, что это значило, что он что-то придумал, и у него была идея. Впрочем, как и всегда. Казалось, только у него всегда были запасные варианты и пути отступления в случае чего.
— Вообще-то, валяются, — лукаво усмехнулся Пятый, сверкнув своими прекрасными ямочками на щеках. Под недопонимающие взгляды других, он засунул руки в карманы коротеньких шорт, а потом резко начал метаться по комнате, что-то ища.
— О чём ты говоришь? — прищурившись, задала вопрос Эллисон, и сложила руки на груди. Если быть честным, у неё уже болела голова от мельканий Пятого. — И что ты ищешь?
— Вот это. — Толстый, пыльный толмутище на тысячу страниц ударился о поверхность стола, издавая громкий стук.
Все напряжённо наблюдали за тем, как их брат с большим задором листал страницы справочника о жителях города. Как обычно, Пятый никогда не говорил, что искал, но, честно говоря, другие не рвались помогать. Наблюдать — куда интереснее, особенно за таким выпендрёжником, как номер Пять.
Он резко остановился и щёлкнул двумя пальцами, словно говоря: «Бинго». Его глаза были устремлены в одну строчку посреди огромного текста с именами людей, которые начинались на «И».
— Может, поделишься? — Ваня приподняла одну бровь, глядя на номер Два, который пребывал совсем не в восторге от того, что брат вновь оказался проворнее.
— Я только что нашел счастливый билет в нашу Вселенную, — словно в этом не было ничего важного, отмахнулся парень, исчезая, а после появляясь за спиной семьи у маленького, старого и устрашающего на вид мини-бара. Теперь он задорно что-то искал там. — Никто не видел «Heshey’s¹»?
— Я съел парочку, — лениво отозвался Клаус, приподняв палец вверх. Пятый тихо выругался, топнув ногой.
— К чёрту этот шоколад! Какой билет? — Диего злился, и было на что: не очень-то хотелось торчать в этом мире. — Объяснишь?
— Всё после дела, милый, — натянув фирменную улыбку на личико, выдохнул Пятый. — А сейчас взрослые бегут по делам.
— Но…
