Тысячи лет люди смотрели в небо. Столетиями мечтали о контактах с внеземными цивилизациями. И вот момент наступил! Свершилось! Ура? Ан нет.Капитан полиции Дубов не идеализировал свою жизнь. Да, была она тягостной, серой, безнадежной… Но привычной! Каждый день он знал, что надо идти на работу, делать что-то знакомое, понятное, хотя и давно надоевшее. Бороться, так сказать, с преступностью. Получая за это редкие поощрения и частые втыки. Но все равно! Он чувствовал себя нужным. Делал важное и полезное дело, потому что без него все давно улетело бы в тартарары. Но была надежда, что когда-нибудь все изменится. Вот оно и изменилось.И что теперь делать? Самое обидное, что решать надо прямо сейчас. Ибо на кону ни много, ни мало, судьба родной планеты. Она ждет своего героя. И этот герой – ты. Решайся!Содержит нецензурную брань.
– Всё, хватит, – капитан Дубов с силой потер лицо ладонями и с гримасой отвращения закрыл папку уголовного дела. – Домой!
Во жизнь пошла. Восемь вечера, а он всё на работе. Притом, что карьеры никакой не предвидится, просвета в делах тоже. Паши и паши. К чёрту!
Он встал, сложил бумаги в сейф, запер кабинет и побрел по унылому казенному коридору к выходу. Мыслей в голове не было. Смутно рисовался только размытый образ бутылки холодного пива… вроде оставалась пара штук в холодильнике. Или нет?
«В общем, в магазин все равно придется идти», – с тоской понял Дубов. Хотя больше всего ему хотелось просто добраться до дивана, содрать с себя все эти ремни и кобуры, завалиться и просто спать. Долго. И чтобы никто не трогал.
Добравшись до дежурной части, капитан на минуту тормознулся, чтобы расписаться в журнале. И тут его внимание привлек тяжкий продолжительный стон, раздавшийся из-за решетки обезьянника.
– Что там? – спросил он, не поднимая головы и поморщившись. – Опять патрульные перестарались?
– Да нет, – ответил дежурный, принимая у Дубова журнал с росписью. – Это он от горя стонет. Семейная драма.
– Да?
Развернувшись всем телом (рост 189, вес – 85) капитан вгляделся в гражданина, томящегося за решеткой.
Тот сидел, уткнувшись лицом в ладони, медленно раскачивался справа налево и время от времени издавал вышеописанный стон.
Одет гражданин был в чистую домашнюю футболку и приличные джинсы, и на маргинала, у которого семейные драмы случаются каждый день, ничуть не походил.
– Прикинь, – поделился информацией дежурный, – его жена прятала любовника в холодильнике.
– Как в холодильнике? – Дубов так удивился, что даже проснулся.
– Вот так. Сидели семьей на кухне, ужинали. Вдруг холодильник открывается и оттуда –голый мужик. Вылез, прошел к двери и исчез. Этот… муж-то, сначала обалдел. А потом хлесть жене в глаз. Ну, дальше понятно.
– Ничего себе.
* * *
Просто удивительно, как много в нашей жизни зависит от случайностей. Если бы некая малозначительная особенность задержанного ускользнула сейчас от усталого взора капитана Дубова, события потекли бы по другому руслу. И вся цепочка удивительных происшествий, потрясших устои обыденности, долгое время еще оставалась бы вне поля зрения правоохранительных органов. К чему бы это все привело предсказать невозможно. Но, не подлежит сомнению, что привычное существование наше разлетелось бы на сотни призрачных осколков. Или на тысячи осколков. В общем, вдребезги!
Однако особенность эта от Дубова не ускользнула.
Впрочем, не будем забегать вперед.
Итак, Дубов удивился, пожал плечами и пошел было к выходу, но очередной душераздирающий стон заставил его взглянуть пристальнее на несчастного мужа. И в этот момент он узнал страдальца. То был Витька Гончаров – старый приятель и одноклассник.
Так это ему жена рога наставляет? Светка?
– Э, – сказал капитан дежурному. – Дай-ка я побеседую с гражданином.
– В допросной? – уточнил тот, потянувшись за ключами.
– Да ну, в кабинете.
Отконвоировав страдальца на свою территорию, психологически подкованный опер понял, что разговорить несчастного мужа будет не просто. Всякая попытка углубиться в воспоминания о происшествии, повергала того в шок и стенания. Поэтому прежде чем приступать к допросу, Дубов постарался создать доверительную обстановку.
Воткнув в розетку электрочайник, он по-быстрому заглянул в кабинет дружественного следователя Людмилы Потаповой, где реквизировав заварку и початую пачку печенья. Затем, покопавшись в столе, извлек из старых запасов две микроскопические конфетки в блестящих фантиках.
– Ладно, – сказал он, закончив все приготовления и придвигая к задержанному кружку с чаем. – Давай к делу.
Бывший одноклассник бесцветно глянул на него тупым взором. Зрачки у него были пустыми и тусклыми, как пуговицы со старых кальсон.
– Ты мне глазки-то не строй, – не отступился Дубов. – Не верю я, что Светка на такое могла пойти. Так что кончай стонать и давай разбираться.
– Разбираться?
– А ты как думал? Прежде чем выдвигать обвинения, надо…
– Да я сам все видел! – вскричал школьный приятель, обретая на миг страстную силу.
– Что ты видел? Мужик пошел к двери. Прямо голяшом? Не подобрав штанов и обуви?
– Э-э…
– Вот именно. Теперь дальше. В любом холодильнике всегда имеются разные металлические полочки, пластиковые контейнеры, отделения для овощей… Туда мужика можно засунуть только в расчлененном виде. Или вы специально готовили место?
– Чего?
– Это я тебя спрашиваю: «чего?». Захотели со Светкой грохнуть мужика, расчистили холодильник. Да не рассчитали. Опыта-то по убийствам у вас нет.
– Ты что несешь? – Витька очнулся и вытаращился на опера. – По каким убийствам?!
– Я версию выстраиваю. Логичную.
– Ты с ума сошел?
