– Осторожно! – воскликнула Ольга. Ее встревоженный взгляд метался по лестнице то вверх, то вниз. Значит, и она слышала доносящиеся оттуда звуки.
Дмитрий обернулся к Ольге и в этот момент наконец увидел
Из мрака вылетели блестящие от пота или от слизи стремительные длинноногие тела. Нет, не длинноногие! У них были лапы, длинные хищные лапы, заканчивающиеся тремя снабженными присосками пальцами. С одинаковой ловкостью отталкиваясь конечностями от ступеней лестницы и от стен, существа ринулись на людей. Дмитрий успел разглядеть двух отвратительных тварей, но за их уродливыми телами уже маячили следующие. Существа отдаленно напоминали жаб или гигантских, в рост человека, лягушек. Только в отличие от земных рептилий их лапы сгибались во все стороны, благодаря чему они неслись вверх по лестнице с невероятным проворством. Горло Дмитрия перехватил спазм, но руки рефлекторно вскинули автомат. Поздно! Вырвавшаяся вперед тварь вцепилась лапами в плечи Ольги. Она подмяла женщину под себя, направив на Дмитрия свою жуткую вытянутую морду с пустыми, словно бы выколотыми, глазами и медленно открывающейся пастью. Раздвигающиеся челюсти разрывали кожу, увеличивая размер пасти, во всяком случае, выглядело это именно так. Страшная своей мерзостью, противоестественная картина вытеснила все из головы Дмитрия. В этот момент он даже забыл об Ольге. Но мышечная память оказалась сильнее пережитого шока. Не задумываясь о последствиях, Дмитрий направил в расширяющуюся пасть автомат и рефлекторно нажал на спуск.
Грохот выстрелов вернул его к реальности. Он снова превратился в бойца специальной разведки и командира группы, внезапно атакованной превосходящим противником. То, что враги имели невообразимый вид, который невозможно представить и в кошмарном сне, роли не играло. Выжить и спасти своих людей можно было только одним способом – уничтожить атакующих врагов. Тем более что, как убедился Дмитрий, они вовсе не были неуязвимы. Первая же очередь, выпущенная в пасть облапившей Ольгу твари, продырявила ей голову. Из пасти «жабы» настоящим фонтаном брызнула светящаяся зеленая жижа, а затем голова твари лопнула, словно гнилой арбуз, по которому врезали бейсбольной битой, и оттуда во все стороны полетели ноздреватые ошметки, брызги и еще что-то похожее на светящиеся зеленые сопли. Туловище чудовища сморщилось, как прохудившийся футбольный мяч или автомобильная камера, из которой выпустили воздух, лапы потеряли былую силу, и обезглавленное существо мешком шлепнулось на лестницу, накрыв собой барахтающуюся женщину. Однако на месте сраженного хищника сейчас же возник другой. В отличие от первого его лоснящуюся кожу покрывали бесформенные пигментные пятна – нет, не пятна, а клочья налипшей ткани, очень знакомой ткани!
Дмитрий снова выстрелил, но тварь с невероятным проворством взвилась в воздух, перепрыгнула с лестницу на стену, и все предназначенные ей пули прошли мимо. Никак не ожидавший от противника такой реакции Дмитрий потерял тварь из вида, пропустив ее атаку. Существо ринулось на него со стены, сбило с ног и вцепилось всеми четырьмя лапами. Дмитрий почувствовал, как многочисленные присоски рвут комбинезон и разгрузочный жилет, пытаясь добраться до тела. Но внезапно хватка хищника ослабла, лапы соскользнули с одежды. Воспользовавшись этим, Дмитрий уперся руками и коленями в колышущееся чужое тело и сбросил с себя вцепившуюся тварь. Огромная «жаба», кувыркаясь, откатилась к стене, и Дмитрий, наконец, разобрал, что стало причиной ее внезапной слабости. Из одной из задних лап чудовища била фонтаном светящаяся жидкость, которая, видимо, была его кровью. По мере того как «кровь» вытекала из раны, тело существа сморщивалось: гладкая кожа стала дряблой и покрылась многочисленными складками, прежде крутые бока опали, а могучие лапы, на глазах Дмитрия, превратились в истончившиеся сморщенные плети. Он подхватил выпавший из рук автомат и длинной очередью прострочил тварь от задних лап до ее мерзкой морды. Брызнувшая из многочисленных ран зеленая «кровь» окатила стену, забрызгала лестницу и одежду Дмитрия, а расстрелянная тварь окончательно «сдулась», растянувшись на ступенях пустой, никчемной оболочкой.
