Контекст полностью

Инсталляция – установление сущности одного через сущность другого

Книга вторая

КОНТЕКСТ

Господи боже, да какое мне дело до законов природы и арифметики, когда мне почему-нибудь эти законы и дважды два четыре не нравятся?

Ф.Достоевский

человек может быть сделан только из того, о чем ему говорят, что он есть, или из того, что делают с тем, что он есть… Это мир, в котором пережитые события становятся независимыми от человека… Это мир, где все "случается", происходит, однако без того, чтобы это было с кем-то, без кого-то, кто мог бы за это ответить. (Bouveresse J.)

Порядок есть всегда, везде и во всем. С ним встречается субъект входя в социум. Даже тогда, когда нам кажется, что он совершенно отсутствует. Возможно потому, что это не наш порядок и мы не понимаем его происхождения и существования. И остается либо примириться с этим порядком, сосуществовать с ним, либо пытаться его переделать под себя, создать свой порядок, который может казаться порядком только нам самим.

Зачастую тот, кто пытается навести свой порядок, уверен – только он является верным, удобным, логичным, рациональным и т.п., напрочь забывая о том, что этот порядок лишь привычка, которая только представляется удобством. И тогда порядок превращается в своеобразный закон-требование, подчиняющее себе, что вовсе не делает его исполнение обязательным для всех остальных. Субъект вполне способен преодолеть чужой порядок и яро защищать свой собственный, выделяя в нем самое главное, утрата чего делает его положение неуверенным, неопределенным и уязвимым. В рамках своего порядка – контекста – субъекту комфортно и выгодно, и крайне редко он отказывается от него, … для того, чтобы потом вновь возвратится в свой собственный контекст.

Порядок – это совокупность виртуальных, зафиксированных в сознании требований, на социальном уровне – в общественном сознании, на государственном уровне – законодательно, предъявляемых субъекту для их поведенческого исполнения. При этом поведение понимается только как реагирование на условия существования, тем самым превращая порядок в набор предписаний о том, как следует себя вести, что следует делать, а что нет в тех или иных ситуациях, как оценивать происходящее в категориях «хорошо-плохо», «правильно-не правильно» и т.п. Обычно он достаточно четко осознается субъектом, который пытается следовать за подобными предписаниями хотя бы для того, чтобы сохранять определенность, взаимодействие и взаимопонимание с окружающим миром. Зачастую это ему вполне удается, прежде всего потому, что выгодно всем, требует минимальных энергетических затрат, позволяя сохранить некое движение «по порядку», не делая дополнительных затрат по отслеживанию неизменной ситуации. Например, так субъект реагирует на погоду, и когда прогнозируют дождь, он берет с собой зонт, а когда светит солнце вполне «обоснованно» использует солнечные очки. Не надо думать и можно вести себя по принятому порядку реагирования.

В то же время, порядок для субъекта вполне комфортен, т.к. он содержит в себе убедительную иллюзию свободы, которая определяется возможностью «делать так, как хочется», вот только это «делание» всегда оказывается во вполне конкретных рамках существующего порядка, иначе окружающие сначала «мягко», а затем все в более жесткой форме, укажут на нарушение существующих правил и норм.

Ощущение подобной «свободы» сообщает субъекту некую независимость от порядка, делая любой порядок как бы не обязательным для исполнения. Он практически не чувствует свою зависимость от него и свободно обращается с его требованиями, которые скорее выглядят как пожелания и обещания комфорта и понимания. Однако порядок связан с интересами других и моментально предстает перед субъектом, как реальное ограничение его свободы, если его поведение «покушается» на эти интересы. Порядок требует подчинения, а его несоблюдение почти мгновенно вызывает наказание. Именно так могут выглядеть «разборки» в семье, когда кто-то нарушает установленный порядок. И тогда «вдруг» оказывается, что «свобода» внутри порядка всего лишь виртуальна, а порядок обязателен для исполнения, достаточно жестко ограничивая субъекта в формировании его взаимодействия с воспринимаемой действительностью.