Разумеется, такой похвальный отзыв может привести к новым несправедливостям и односторонним суждениям. Ведь мы очень мало знаем о таких людях, как Джонсон и Демба, сопровождавших Парка в его первой экспедиции, или о Мухаммеде эль-Гатрони, верном товарище в путешествиях Барта, Рольфса187 и Нахтигаля188, который был родом из Мурзука. Еще меньше мы знаем об африканцах, надежных и бескорыстных проводниках, соратниках многих исследователей. Бывало, что они выносили назад к побережью трупы европейцев, которых сопровождали.
И уж совсем изредка мы можем прочитать, например в книге миссионера Людвига Крапфа, о таком удивительном африканце, который задолго до Деккена189 и Мейера190 поднялся на снежную вершину Килиманджаро. Поэтому хорошо было бы никогда не забывать, что мнимый контраст между белым и черным пытливым исследовательским умом создается не цветом кожи, а обыкновенной типографской краской.
И все-таки Западный Судан скрывал еще одну тайну — Томбукту, «королеву пустыни». Того, кто откроет эту тайну, ждали премии в 3000 фунтов или 10 000 франков, учрежденные географическими обществами Англии и Франции. В 1825 году на поиски блистательной торговой столицы, известной из арабских источников, Британия отправила шотландца Александра Гордона Лэнга (1793–1826). Лэнг уже обладал определенными знаниями о суданских областях, поскольку служил офицером в Сьерра-Леоне и принимал участие в колониальной войне против ашанти на Золотом Берегу. Он приступил к своей миссии очень уверенный в себе, ибо во время подготовки к путешествию в июле 1825 года женился в Триполи на дочери британского консула. Через два дня после этого события он отправился в путь через Сахару. Ему не удалось избежать ни лихорадки, ни разбойничьих нападений туарегов191, но, миновав оазисы Гадамес, Туат и Тауденни, он все же добрался до Томбукту. Очевидно, он был первым европейцем после Бенедетто Деи (1469), вошедшим туда добровольно. В отличие от последовавших за ним путешественников Лэнг открыто признал свою веру и, не таясь, занялся исследовательской работой. Возможно, именно поэтому мы никогда не узнаем, что же он выяснил: в конце сентября 1826 года этого честного и открытого человека задушили подозрительные или фанатичные мусульмане.
В 1827 году за Лэнгом последовал француз Рене Кайе (1799–1838), одна из самых примечательных личностей в истории географических открытий в Африке. Сын приговоренного к пожизненному заключению пекаря, человек без имущества, почти без образования, без покровителя в каком-либо ведомстве или научной организации. Только страсть и непреклонная воля побудили его уже в юные годы принять решение найти Томбукту — город, воплотивший в себе, по его мнению, все чудеса Африки (вероятно, он читал восторженные рассказы об этих чудесах, ставших модными после завоевания Наполеоном Египта). В шестнадцатилетнем возрасте он в качестве слуги впервые попал в Сенегал. Узнав о британской экспедиции, которая искала пропавшего без вести Мунго Парка, он последовал за ней без средств и без оснащения. Однако это его намерение, как и последующее, окончилось неудачей, унижениями и полным физическим истощением, что, однако, ничуть не ослабило энергии Кайе.
Наконец он нашел службу в Сенегамбии, затем в Сьерра-Леоне и только весной 1827 года, располагая значительной суммой денег, изучив арабский язык и мусульманский образ жизни, присоединился к каравану, следовавшему на восток. Он ловко избегал всяческих недоразумений, выдавая себя за египтянина, захваченного в плен и увезенного во Францию, а теперь через Томбукту якобы возвращавшегося на родину. Эта хитрость оградила его от враждебности, но не спасла от изнурительных переходов, лихорадки и цинги. Прошел целый год, прежде чем Кайе через плоскогорье Фута-Джаллон и области верхнего Нигера добрался до реки, спустившись вниз по которой он на лодке достиг своей цели.
