Машина полетела в пропасть. Яркими пятнами пронеслись кусты, деревья, камни, трава, потом все померкло.
- Выжить после такой аварии! Тебе повезло.
- Меня спас Альвердо ан-Нирэ.
- Альвердо? - Кир даже присвистнул. - Он же сволочь первостатейная.
- Он великий маг и один из немногих, кому я верю! Он следил за судьбой оставшихся в живых магов. Приехал то ли в больницу, то ли в морг, из кусков срастил кости, восстановил мышцы и сухожилия. Он потратил на меня массу сил, а когда я открыл глаза, сказал, что бегство еще никого не спасало. От судьбы не уйдешь! Если хочешь жить, - сказал он, - надо бороться. Если мы отступим, атланты погубят Континент. Вот так все сложилось. Теперь ты понял, почему я с тобой не общался?
Кир не ответил. Выпили молча, слушая, как по крышам барабанит нескончаемый дождь.
- Парни, - осторожно спросил Максим, - а что с вами сделали, что это за дисквалификация такая? Я о таком никогда не слышал.
Кир усмехается:
- Оно и понятно. О таких вещах по видеотранслятору не рассказывают, о них стараются забыть. Нас тогда предали.
Война закончилась, объединенные силы праздновали победу. Личный состав частей, стоящих вблизи столицы, прибыл на Круглую площадь. Тогда она еще не называлась площадью Согласия, в ту пору соглашаться с атлантами никто не собирался. Их только что победили, чтобы навсегда уничтожить зверские культы жрецов. Дворца Светлого Совета на площади еще тоже не было, его построили спустя десять лет. В те времена Круглую площадь украшало старинное здание с массивным кубическим низом, над которым парила высокая крыша в форме позолоченной луковицы. Ее острие когда-то венчал древний символ, но позже от него осталась одна золоченая палочка, устремленная в небо. В здании находился музей древностей. Кроме историков мало кто знал об истинном назначении старинного сооружения. Других таких на Континенте не осталось.
Народ праздновал победу. На площади раздавали бесплатную выпивку, на длинных, наспех сколоченных столах выставили нехитрые закуски. Ближе к вечеру по периметру площади зажгли огни в память о тех, кто погиб на войне. Началось настоящее празднество, с речами, поздравлениями и пышным фейерверком. Благодаря магам-пиротехникам, всполохи надолго повисали в воздухе, образуя диковинные картины баталий и мирной жизни. Пехоту, застывшую в последнем броске к атлантскому конусу, сменили девушки, собирающие фрукты в саду, а в заключение в небе раскинулись бескрайние поля с желтыми колосьями нив, как окончательный триумф победы и созидательного труда.
Кирлонд и Риндэйл пришли на площадь к зажжению огней памяти. Для этого им пришлось сделать над собой немалое усилие, прервав возлияния в ближайшем трактире. Они зашли туда на минуточку, но неожиданно встретили трех знакомых мумми-артиллеристов, чей взвод во время наступления оказывал платформам огневую поддержку. Воспоминания и спиртное потекли рекой, чье русло не мелело в течение трех часов.
Когда друзья пришли на площадь, толпа вокруг гудела на разные голоса, знакомые и незнакомые поздравляли друг друга, пили за победу и за мирную жизнь. Майор - гоблин, с совершенно непроизносимым именем Дыджиринкар, по третьему заходу рассказывал героическую историю о взятии вражеского блиндажа. Подчиненные-гоблины привычно раскрыв рты, внимали своему командиру. Вдохновение Дыджиринкара било ключом, с каждым следующим разом его история обрастала все новые и новые потрясающими подробностями. Так количество гоблинов, штурмующих атлантский блиндаж, постепенно сократилось от взвода до четырех бойцов, в то время как число врагов выросло настолько, что армейский блиндаж при всем желании не смог бы их вместить. Риндэйл тактично кивал, Кир не в силах сдержать усмешку, отвернулся, но Дыджиринкар все замечал.
- Что ржешь? Думаешь, ты один тут герой? - оскалился он.
- Нет. Я видел, как гоблины шли в атаку, видел ваше наступление под Ганжесом. Вы молодцы!
Майор довольно гыкнул.
- А то ж! Кандарцы - круче всех! Мы - парни серьезные.
Тут в гул мужских голосов врезался звонкий, юношеский выкрик:
- Круче боевых магов никого нет!
