Я чувствовал ее горячую киску так близко к моему члену. Все, что мне нужно было сделать, это отодвинуть ее трусики в сторону и войти в нее. Капельки пота выступили у меня на лбу, меня пронзила дрожь от потребности погрузиться в нее.
Но я не мог сделать этого с ней. Нет, если только она этого не хотела. Если только она не была готова.
— Т-ты можешь прикоснуться ко мне? — умоляла она, наши глаза встретились, а лица оказались в нескольких дюймах друг от друга.
Я отодвинул ее трусики в сторону, в то же время ее рука снова обхватила мой член. Ее стон и мое ворчание смешались. — Это не займет у меня много времени, — прорычал я. «Все, о чем мне нужно думать, это о том, как твоя горячая киска душит мой член».
— Алессандро, — хныкала она, ее бедра покачивались от моих прикосновений, когда я тер ее клитор.
Наши движения как-то синхронизировались. Наши глаза опустились между нашими телами, моя рука обхватывала ее киску и ласкала ее пальцами. Ее маленькая рука обхватила мой блестящий член, дроча мне. Качаем сильнее и быстрее.
Я чувствовал, как ее горячая киска сжимается в поисках моего пальца или члена, в то время как мой член пульсировал в ее киске. Моя жадная женщина прижалась к моему члену. Ее движения были прерывистыми и неотработанными, и пока ее рука продолжала качать меня, мой член касался ее горячего входа.
Я дернул бедрами, и стон сорвался с ее полных розовых губ. — Черт, еще, — выдохнула она.
Поэтому я сделал это снова. Мне было так чертовски тяжело, что я лопнул бы в любой момент, но я отказался кончить, прежде чем она получит свое удовольствие. Я хотел увидеть этот блаженный взгляд в ее глазах, когда она кончала, зная, что я принес ей это.
На моем пути оказались ее трусики, я взял другую руку и сорвал их с нее. Она даже не остановила своих движений. Я тоже. Наше тяжелое дыхание и хрюканье были единственными звуками, наполнявшими темноту.
Она провела своей киской по моему члену, и я начал ласкать ее сильнее и быстрее. Ее влага стекала по моему запястью. Моя свободная рука схватила ее за затылок и притянула к своему лицу.
— Мой, — проворчал я, потирая ее клитор так, словно от этого зависела моя жизнь. «Твой рот принадлежит мне. Твоя грудь моя. Твоя киска моя».
— Черт, — простонала она. Ее киска была мокрой.
«Твоя задница моя». Гладкость ее клитора, когда я гладил ее пальцами быстрее, скользкость моей спермы, когда она накачивала меня сильнее. — Скажи, что ты чертовски мой.
— Пожалуйста, — взмолилась она, задыхаясь. — Пожалуйста, мне нужно…
