— Город семи огней был заложен после столицы и военного гарнизона темных эльфов. Считается, что, изначально, этот город должен был стать центром ремесел, а на деле получилось, что место, которое для него выбрали — не самое безопасное. Исконные жители, зубастые и клыкастые, — по гребню Василисы прошла дрожь, костяной воротник и кисточка у края хвоста встали дыбом. То, о чем дракошка рассказывала, не нравилось ей самой. — Они были голодные, плохо поддавались усекновению, но самое противное, что они были разные. Среди хищников, населяющих эту территорию, были и дневные, и ночные.
— Очень страшно, — одобрительно кивнула Тая. — Что было дальше?
— Пришлось здесь ставить военный гарнизон. А потом во время разработки шахты, первой, которую заложили сразу же, когда сам город начали строить, нашли редкие драгоценные камни. Крупные маджориты, их насыщенный фиолетовый цвет был очень похож на цвет глаз правящей семьи. Камни было решено использовать для набора драгоценностей для всей семьи. Хватить должно было на все и для всех. Когда продолжили разрабатывать жилу, нашлись алмазы, а следом за ними еще несколько жил. Началась разработка. Военный гарнизон дополнился охранниками, а затем и магами.
В город вели три дороги, потом обрушилась шахта, из–за землетрясения сдвинулись ходы, и появилась еще одна дорога — четвертая. Вслед за ней потребовалась тайная тропа для военных, потом ещё одна — для магов. Последнюю, тайную тропу, создали для представителей правящих рас. Так появилось семь дорог — четыре официальных и три — тайных.
— Но ты сказала город семи огней, а не дорог, — сообщила Тая негромко, снова осознав себя в коридорах Кириана, стоящей около очередного цветка с рюкзаком на плече.
— Вот здесь мы подходим к самому страшному, неприятному и главному. Огни — так называлось самое сложное заклинание из темноэльфийского арсенала разведчиков и рейнджеров, позволяющее увидеть сквозь чужую магию и личину. Все случилось не сразу. К тому времени, когда город получил свое второе название, он начал уже набирать известность. Местная ювелирная школа была лучшей на весь темноэльфийский двор. Чужаков в нее не принимали, а отбор был строжайший. Военные несли службу, стражники исправно вылавливали чужаков, хотя их было не очень- то и много. То, что пропадают жители города, заметили случайно. Случилось как в глупой комедийно–романтической истории, которыми зачитываются современные девушки. Влюбленная истеричная девица обнаружила, что тот, в кого она влюблена, и за кем она подглядывала каждый день — домой не появился. А тот, кто пришел домой вместо него — им не является.
— Оборотни?
— Да нет, куда как хуже. Зеркальщики. Мерзкие твари, принимающие облик того, кто последним смотрелся в их фальшивое зеркало. Жертву съедают. Заживо.
Тая содрогнулась.
— И?
— То, что в городе появились зеркальщики, выяснили сразу же после того, как удалось убить ложного парня. Начались поиски. Проверяли каждый дом, каждого жителя.
— Как отыскать зеркальщика? — уточнила девушка.
— Он должен отразиться в обычном зеркале. По крайней мере, так было сначала. Потом зеркала перестали пугать зеркальщиков. Потом… — Василиса сглотнула, застыла на стене, нервно притянув к себе хвост. — Тая, может быть, не пойдем туда? Зеркальщиков после долгой войны вывести не удалось, а эти чудовища легко подчиняют себе зверей и ночных тварей. А вдруг…
— Васька, ты боишься что ли?
— Ужасно! — дракоша скрутилась в клубочек.
— Оставайся здесь, — великодушно разрешила Тая и двинулась вперед к огромным вратам, ведущим в город семи огней.
Василиса что–то кричала ей вслед, не то берегись зеркал, не то наоборот держись ближе к ним. Таисия уже не слышала, ее вел вперед инстинкт, говорящий о том, что скоро все закончится. И цветок, уверенно ведущий не то спасительницу мира, не то его разрушительницу к цели — к четвертому цветку с душой богини земли.
За легкими шагами девушки со стен, потолка и из темных щелей наблюдали десятки… нет, даже сотни очень голодных глаз. Кто бы ни обитал в этих тоннелях, но он был очень голоден. А тут еда сама пришла. Ну не радость ли?
Эхо затихло. Когда Тая двигалась по пещерным тоннелям, она слышала, как от сводов отражались ее шаги, а сейчас — нет, не было. И голос ее не подхватило и не отразило, когда она громко крикнула.
Звук просто схлопнулся, стал плоским и окончательно затих.
А потом Таисия из тоннеля вынырнула на улицу заброшенного города. Под ложечкой неприятно засосало.
Дома никого нет.
Именно так можно было описать в нескольких словах то, что она увидела. Руины? Что вы, никаких руин. Дома выглядели так, словно их покинули «на одну минуточку». Открытые окна, забытая книга на скамейке у палисадника, на столике в маленькой беседке — пара кружек и тарелка с печеньем.
