— А ты вообще кто?! — ахнул Рель.
Пришелица покачала головой.
— Я знала, что Гнилой перекресток плохо влияет на рассудок, но чтобы так! Тая я. Тайфун. Не признали что ли?!
Туман начал таять, стихло далёкое уханье филина, утихомирился ветер. Низко нависшие над землёй тучи, из–за которых казалось, что сейчас не позднее утро, а самый настоящий вечер, поползли к краю горизонта.
Где–то между облаков мелькнул просвет, в не погасшем до конца костре треснула ветка, разрушая тишину, воцарившуюся на поляне с появлением гостьи.
Опомнившаяся первой Тая озадаченно спросила:
— Эй, если ты Тайфун, то кто же я?
— Точно–точно, — подхватил Кантарр, пока и Рель, и Дар согласно кивали головами. — Если ты Тайфун, то кто она?
— Она? — новоявленная напарница наклонила голову к плечу, озадаченно глядя на мужчин. — О чем вы, мальчики? Она — кто?
— Она — вот! — три руки указали на то место, где раньше кто–то сидел. Кто–то… когда–то… Но сейчас там была только пустота.
— Мальчики, вы что, воды из ручья попили? Грибы какие–нибудь съели? Или под дождь вчера попали? Нет? Точно нет? Тогда мне пора начинать беспокоиться за ваше психическое здоровье. Оно точно успели где–то пострадать, пока меня не было рядом.
Мужчины переглянулись, читая в глазах другого свое собственное изумление. Скорее всего, Тайфун говорила правду. По крайней мере, на лжи ее еще ни разу не ловили. Но все же, каждый из мужчины мог поклясться, что на поляне был кто–то еще. Но вот кто? И куда он делся?
— А где Гарш? — спросила тем временем «Тая». — Вроде бы я слышала его голос, когда шла на свет костра.
Гарш, сидевший в это время около настоящей Таи, изумленно взглянул на нее, мало что понимая:
— Тая, что происходит? Кто это такая? И почему они все замолчали? Почему они на тебя не отреагировали?
Девушка прижала палец к губам.
— Пожалуй, я тоже не отказалась бы это узнать. Но пока придется немного подождать, перед тем как удастся это выяснить. Иди к учителю.
— А как же ты?
— Что я? Со мной все будет хорошо. Давай, Гарш, иди.
— Но, но… Я не хочу тебя оставлять!
Тая одной рукой взлохматила волосы мальчишки, потом легко его подтолкнула.
— Не скули, как котенок. Я буду рядом, не пугайся, чтобы не случилось.
Как только исчез контакт рук, Тая из поля зрения Гарша пропала. Зато он сам — появился перед глазами остальных на полянке. Только вместо того, чтобы пойти к учителю, эльфенок завертелся юлой на месте, растерянно оглядываясь.
— Тая! — крикнул он. — Тая!
— Да здесь я, мелкий. Здесь, — помахала ему рукой «Тая» у костра. — Чего ты кричишь?
Еще не поворачиваясь, Гарш уже знал, что это не его леди Тайфун. Голос звучал неправильно. Вид был похожим, а голос — нет. И запах был не тем. Тая пахла ветром, а от костра и этой — пахло гнилью и пеплом.
Закрыв глаза, Гарш прислушался к воздуху, втянул в себя многообразие запахов и снова распахнул глаза, приказывая себе видеть сквозь иллюзию.
Получалось это редко, но в этот раз все прошло успешно. Иллюзия пала.
Воздух вокруг дрожал. Туман давно пересек черту обережного круга, закутывая в молочное полотно все и вся.
А около костра сидела старуха. На шее у нее покачивались несколько ниток из человеческих черепов. Одетая в какую–то хламиду, она сыпала в костер порошок. Алые гранулы были едва заметны, и если бы не острый взгляд мальчишки, он бы так ничего и не понял.
Догадаться, кто именно посетил их небольшой привал, было легко, особенно если вспомнить рассказ Кантарра и то место, где они все находились.
«Кикимора», — Гарш чуть–чуть отступил в сторону. Это было слишком плохо, чтобы быть правдой. Появление кикиморы в их лагере, неправильное поведение взрослых, словно они ее не видят. Настоящая Тая куда–то исчезла, и помощи ждать неоткуда. И уж тем более, непонятно как справляться с этой гостьей. Магия на нее не действует. Клинок нужен специальный или хотя бы соль.
Соль была на другом конце поляны. Клинка у Гарша не было. Обычно он обходился арбалетом, и теперь он об этом пожалел. Учитель был прав, холодным оружием надо владеть, чтобы можно было защитить себя и других вот от таких знакомств.
Старуха медленно поднялась от костра, отряхнула ладони и вытерла их о края своей хламиды.
За ее спиной с тихим шорохом сползали на землю мужчины. Кантарр только чудом не упал лицом в костер. Тихое сопение говорило о том, что они не мертвы — просто спят. Но помощи теперь однозначно можно было не ждать.
— Ты меня видишь? — спросила кикимора. Голос ее звучал как шуршание костей друг о друга.
Испуганный Гарш кивнул.
— Необычно, но интересно, — старуха топнула ногой по земле. Широкий каблук ушел почти до половины в серо–бурую грязь, а потом от него пошла извилистая трещина. Вначале вперед. Затем вбок, снова вбок и вбок, вычерчивая на поляне спираль, из которой потом медленно поднялась трость. На конце ее был огромный череп со светящимися алыми глазами. — Ты должен был видеть не меня, а ту самую девицу, которую я подменила. Но почему то ты увидел меня настоящую. Полукровка?
— Нет.
