Посмотрев на часы, он сделал глоток кофе и скривившись, поставил чашку на стол.
— Ты спешишь? — вскинув брови, резко произнесла я.
— Нет. Но прежде чем ехать в клуб, хотелось успеть посетить магазин.
— Зачем?
— Завтра вечером, мы приглашены на ужин к моим родителям.
— Я не поеду, — дрожащими руками поднесла чашку к губам и сделав маленький глоток остывшего кофе.
— Это не обсуждается. Тебе нужна помощь с бывшим, а мне с мамой.
— У меня есть платье на вечер.
— Нет, милая, они не годятся для завтрашнего мероприятия, так что после загса, сразу поедем за нарядом.
— Я и сама в состоянии выбрать и оплатить чертово платье, — закипая от негодования, прошипела в ответ.
— Пока ты со мной, я лично буду выбирать и оплачивать твои покупки.
— Но… — Я успела не закончила фразу.
Марк достал телефон и выслушав собеседника, резко поднялся из-за стола, холодно бросив:
— Пошли.
Следуя за мужчиной, от волнения сжимала ладони, впиваясь в них ногтями. Тошнота подкатывала к горлу, в голове шумело, и на негнущихся ногах, продолжала шагать по коридору.
Слишком мало времени прошло, это и не удивительно, частная клиника, идеальное обслуживание. Горько усмехнувшись, остановилась возле кабинета и обняла себя руками унимая дрожь, прислонилась к стене.
— Готова? — сухо спросил Марк, засовывая руки в карманы брюк.
— Да, — как можно равнодушнее ответила ему.
Внутри все переворачивалось от противоречивых чувств, я не знала чему верить и к чему быть готовой. Вся моя жизнь превратилась в лабиринт, в котором я бегу и никак не могу найти правильный путь.
Дверь, тихо отворилась и медицинская сестра, вежливо пригласила нас в кабинет. Бросив на Марка мимолетный взгляд, шагнула в кабинет, заталкивая глубоко свой страх и неуверенность.
Осторожно присев на краешек стула, нервно теребила ремешок сумочки в руках. С надеждой вглядывалась в лицо врача, но он внимательно рассматривал карточку, хмуря брови и поджимая тонкие губы.
Кабинет врача, как и вся клиника, оснащена новой мебелью и оборудованием. Стены выкрашены в нежно персиковый цвет, большие пластиковые окна, пропускающие много света.
Расставленные по углам кадки с цветами, радовали глаз, и отвлекали от грустных мыслей. Но даже такая доброжелательная обстановка, не помогала унять напряжение.
Натянутая как струна, сидела в ожидании, из-под ресниц рассматривая доктора. Мужчина, средних лет, крепкого телосложения, с кустистыми бровями и в очках, в дорогой оправе.
— Ну, что я вам могу сказать, Кристина. — Доктор, оторвался от созерцания карточки и снял очки, — Гормональные таблетки принимать категорически нельзя.
— Почему? — дрожащим голосом произнесла я, с надеждой всматриваясь в глаза врача.
— К сожалению, у вас выявили нарушение свертываемости крови. Любые гормональные препараты могут ухудшить состояние и вызвать серьезные осложнения. Насколько мне известно у вас есть ребенок?
— Да, сын. Ему пять лет.
— Скажите, а роды у вас как прошли?
— Сложно. На 41 неделе, воды долго не отходили, им пришлось проколоть околоплодный пузырь, стимуляция. Даня родился с помощью ваккум-экстракции, под наркозом зашивали разрывы, матка плохо сокращалась.
— Мальчику пять? С ним все хорошо? — Заинтересованно спросил мужчина.
— Да, нас сначала хотели в детскую перевезти из-за гематомы, но спустя пять дней выписали. После курса укрепляющих уколов, она рассосалась сама.
— Повезло, — Задумчиво произнес доктор, опуская глаза в карточку. — Советую вам классический способ предохранения.
— Что же мне теперь делать? — Кусая губу, тихо пробубнила себе под нос.
— Ждать, а потом прошу ко мне на прием. У вас есть время подумать, будите ли вы сохранять беременность или нет, другого выхода у вас нет.
— А каковы шансы забеременеть?
— У вас середина цикла?
— Да.
— Боюсь что высоки, но более точно будет известно через пару недель.
— Спасибо.
На ватных ногах поднялась и вышла из кабинета, прокручивая в голове слова врача. Оставалась крохотная надежда, что я могла ошибиться в расчетах, и судьба сжалиться надо мной.
Но учитывая, что просыпаюсь в объятиях Марка, надеяться особо не стоит. Если не сейчас, то в ближайшем будущем, он осуществит задуманное. А может быть я ошибаюсь? И та спонтанная близость будет единственной?
Марк стоял напротив кабинета, облокотившись спиной о стену, руки сложены в карманах, лицо не выражает никаких эмоций. Скучающим взглядом обводит посетителей, и только когда я появляюсь в дверях, в его глазах загорается огонек и тут же пропадает.
Разочарованно вздохнув, подхожу ближе, и сжимая в руках сумочку, тихо говорю:
— Поехали.
Он отталкивается от стены, обнимает рукой за талию, властно прижимая к своему боку и мы вместе выходим из клиники.
До машины дошли молча, открыв дверь, устраиваюсь на пассажирском сидение, пряча от мужчины глаза. Заведя мотор, Марк внимательно смотрит на меня и хрипло произносит:
— Что сказал врач?
— Таблетки принимать нельзя, подождем, а там видно будет.
