Воздух накалялся с невероятной скоростью, и Лунный не раздумывая сменил ипостась, ускорился, все еще надеясь вытащить попавших в смертельную ловушку сородичей.
Он даже не сразу понял, когда призыв тянуть быстрее перерос в вопль боли. От крика заложило уши. Резкий запах гари и паленой плоти ударил в ноздри. И все равно итару не выпускал веревку, дергал еще сильнее, еще резче. Лаэры за его спиной рычали, но не отступали.
И лишь когда жар стал нестерпимым и от обжигающе горячего воздуха начали плавиться волосы на голове, Теар понял, что они проиграли.
— В сторону! — крикнул он остальным и отпрыгнул, приземлившись на четыре конечности. И сразу припал к земле, прикрывая руками голову. Из расщелины вырвалось алое пламя и сноп искр, которые прожгли одежду насквозь. Столб огня, казалось, взметнулся до самых небес. А потом так же быстро опал, окрасив камни черной копотью.
— Что, шерх меня задери, это было?! — воскликнул кто-то.
Итару поднялся, тяжело дыша и настороженно осматриваясь по сторонам. Альтар Золотой замер всего в нескольких метрах от него. Кажется, правитель и не шелохнулся за все это время. И только лицо его было чернее грозовой тучи.
— Призываю итару родов на Совет восьми. Немедленно!
Ладони правителя осветились золотом. Хлопок — и заклинание сорвалось с рук, посылая королевский зов во все уголки Долины, повелевая главам родов немедленно явиться во дворец.
Золотой резко развернулся и стремительно направился к лошади. И Теару ничего не оставалось, как последовать за королем.
Ехать пришлось в королевском экипаже. Благо он оказался достаточно просторным, чтобы в нем без стеснения расположились главы четырех родов. Вот только, в отличие от остальных, Теар выглядел на редкость паршиво. Рубашка и куртка порваны по швам, на лице следы гари и пепла. Подпаленные волосы от одного прикосновения мелкой крошкой осыпались на лицо.
Впрочем, это было совершенно не важно. Королевский зов был куда сильнее всякого глупого стеснения и навязанных приличий, и будь Теар сейчас в постели с любовницей, вскочил бы и понесся во дворец. То же сделали бы и остальные.
На Совет восьми полагалось являться незамедлительно. Сейчас дела государства были важнее всего остального. Однако Теара в данный момент волновало кое-что еще.
Лунный выглянул в окно, пытаясь высмотреть на петляющей дороге свой собственный экипаж. Перед тем как сесть в карету, итару велел рулевому ехать следом. Конечно, куда логичнее было бы отправить Сайфа с Лаской обратно в поместье, но ввиду того, что произошло на пике, это было слишком рискованно. А вдруг взрыв — очередная уловка Огненных? Что, если они вновь попытаются проникнуть в его дом? Ведь как и в прошлый раз, никто из представителей клана Красной Зари не явился к расщелине…
Вопросов было множество и опасений тоже. И Лунный разрывался от желания сию же минуту обсудить произошедшее с Золотым. По тот молчал, сердито поджав губы, и становилось понятно, что до начала совета Альтар не выскажет своих мыслей.
В королевский дворец въехали через западные ворота. Те самые, что открывали лишь в особых случаях. Никого из придворных ни во дворе, ни в коридорах они не встретили.
Сразу направились в зал Советов.
Теар на ходу снял испачканную куртку и бросил сопровождавшему процессию лакею. Взглянул на собственную порванную рубашку. Похоже, ему все-таки придется отлучиться и привести себя в порядок.
Лунный высказал свое намерение лакею, и его услужливо сопроводили в гостевую комнату. Без лишних вопросов выдали сменный комплект одежды. Теар наскоро умылся и отер влажным полотенцем шею. Конечно, не мешало бы помыться нормально, но сейчас на это не было времени. Лунный сменил рубашку и поспешил в зал Советов.
Остальные главы родов уже успели расположиться за круглым столом. Помимо тех, кто вместе с Теаром прибыл с пика Хэджи, Лунный отметил присутствие Дайрена Черного из клана Черного Пепла и входящего в зал итару Туманных. Тот коротким кивком поприветствовал собравшихся и занял свое место за столом. То же сделала и Теар.
И вдруг в зал Советов вошла девушка, должно быть, прислужница или помощница.
Высокая, стройная. Множество золотистых косичек спускались до самой талии, проворными змейками скользили по узкой спине. Девушка наклонилась, водрузив на стол изящный сосуд.
Что в нем было? Вода? Вино? Теару не было дела…
Все его внимание сосредоточилось на тонкой гибкой фигуре, облаченной в легкие шелковые ткани. Взгляд скользил по бархатной персиковой коже, пухлым губам, изогнутым в вежливой улыбке. И Теар поймал себя на мысли, что хочет дотронуться до этих губ, хочет намотать золотые косы на кулак и дернуть, заставить ее запрокинуть голову, обнажая тонкую шею, а потом толкнуть к столу, прижать грудью к гладкой полированной поверхности и…
Итару стиснул зубы и сжал кулаки, вгоняя отросшие когти в ладони. В паху разлилось уже привычное напряжение. Такое сильное и затмевающее собой все вокруг, что не было никаких сил держаться. Теар хлопнул себя ладонью по груди, как раз там, где он обычно носил во внутреннем кармане дозу сыворотки. Но ее не было!
