- Угу, – отрешенно кивнул мужчина, укладывая руки на бедра мальчика и толкаясь внутрь него. Риччи взвыл от внезапной резкой боли.
- Тэйлор, я же ска... – новый не менее грубый толчок заставил Риччи замолчать, закусив от боли нижнюю губу.
Смайл при этом сдавленно воскликнул, ощущая на себе отдачу от медленных, сильных толчков управляющего.
- Тэ-э-эйлор, умоляю... – все же, не выдержав, простонал Риччи, наваливаясь на брата. – Больно... – выдавил он, жмурясь.
Мерные толчки продолжались. Тэйлор мягкими касаниями ласкал бедра и спину мальчика, заставляя его тяжело дышать от мучающей его жгучей боли и настырного удовольствия. Два противоположных ощущения сплетались воедино, заставляя старшего близнеца переживать до того неведомое ему блаженство.
Смайл, распластанный под братом и управляющим, еле дышал, извиваясь на постели от наслаждения и частичной асфиксии. Он не выдержал первым, хрипло застонав, вздрогнув и кончив себе на живот. Яркая вспышка оргазма быстро сменилась болезненными ощущениями, так как старший близнец, несмотря на достигнутое братом удовольствие, продолжал вбиваться в его податливое тело. Точнее, в Смайла вбивался Тэйлор. Через Риччи.
- Остановитесь... Дайте мне вылезти, – еле ворочая языком, плаксиво попросил Смайл. Риччи, в отличие от управляющего, кое-как контролирующий свои действия, неловко толкнулся навстречу Тэйлору и в буквальном смысле уселся на член мужчины, выскользнув из брата. Смайл вяло отполз от старшего близнеца на пол и сделал это не зря.
Уже через мгновение Тэйлор вновь навалился на Риччи и с удвоенным рвением овладел парнем. Мальчишка то морщился от боли, то тихо постанывал, упираясь головой в подушку и невольно подмахивая задницей. Лицо его раскраснелось, по изогнутой спине побежали струйки липкого пота. Комната наполнилась ни с чем не сравнимым запахом тела.
Ритм нарастал, став почти бешенным. Такого темпа слишком долго Риччи вытерпеть не мог, потому через пару минут безумных скачек он протяжно взвыл, содрогаясь всем телом, после чего тут же обмяк и соскочил с члена Тэйлора, оставшись с задранной к верху задницей. На лице парня появилось странное отрешённое выражение... Чего не наблюдалось у Тэйлора. Явно кончив во второй раз прямо в Риччи, он оставался возбужденным. Член его продолжал стоять, а потому мужчина перевел пьяный взгляд на пришедшего в себя Смайла.
- Подойди ко мне, – проговорил он тихо, но четко.
- Но... – тихо пролепетал младший близнец, поднимаясь с холодного пола и ощущая дрожь в коленях.
- Давай же.
Устоять перед подобным приказом было слишком сложно.
Шики уже не мог и вспомнить, когда в последний раз так нервничал. Дыхание его то и дело сбивалось, все тело била мелкая дрожь, в горле пересохло, а в ушах настырно шумело. И венениф был готов грешить на приближающуюся старость, вот только виною подобного состояния была вовсе не она, а наглый, пьяный мальчишка, горланящий на весь замок дурацкую песенку про попугаев:
- …и двадцать пятый попугай на жердочке сидел, он часто много ел, он…
- Майлз, может, заткнешься? – наконец не выдержал слуга, грубо тряхнув хозяина, что изображал на его плече мешок картошки.
Маг в ответ лишь пьяно пробормотал нечто некультурное, после чего возобновил попытки стать оперным певцом:
- На чем я там остановился?.. А… Да! Двадцать шестой попугай на…
- Майлз, еще один попугай — и я не знаю, что с тобой сделаю!
- М-м-м… Сделай! Сделай же со мной хоть что-нибудь! – завопил маг и снова захихикал.
- Доиграешься, — прошептал венениф, пинком открывая дверь и вваливаясь в комнату Майлза.
Без того взбудораженный маг восторженно завопил хуже прежнего. И Шики бы встревожился еще сильнее, заметь он промелькнувшую на губах парня плотоядную ухмылку.
- Поставь меня, — неожиданно трезвым голосом почти приказал Майлз.
- На место? – пошутил было Шики.
- На пол, – не оценил маг юмора вененифа.
Шики, тяжело вздохнув и борясь с настырным ощущением, что худшее еще впереди, осторожно поставил мальчишку на ноги, инстинктивно ожидая новых вывертов судьбы. Странная тревога не давала брюнету покоя, сдерживая его от желания наброситься на Майлза здесь и сейчас и заставляя парня скромно переминаться с ноги на ногу у самых дверей комнаты, обреченного наблюдать за несказанно наглым магом.
Майлз же, чуть пошатываясь, добрался до кровати, неуклюже уселся на самый край, положил одну ногу на другую и с вызовом уставился на неожиданно поскромневшего вененифа.
- Раздевайся, — будничным тоном проговорил мальчишка. Для Шики одно-единственное небрежно кинутое магом слово раздалось как гром среди ясного неба.
- Что, прости? – с хрипотцой в голосе тихо переспросил он.
- Раздевайся, говорю. Чего мнешься? – продолжал поражать наглостью Майлз. Каждое слово он выговаривал нарочито медленно, не прекращая при этом заискивающе улыбаться. – Или тебе нужен приказ? Нравится, когда тобой управляют? Несомненно, нравится! Без проблем. Раздевайся, приказываю.
