Наконец глаза Ромма освободились от лишних фотонов и он смог, в полной, увидеть происходящее в пространстве: в сторону от центра экрана смещались несколько больших серых клякс, видимо то, что осталось от уничтоженных ежей и их ракет; никаких красных точек в сторону "Тиррит" больше не двигалось - или тхетты не решались больше атаковать его, или послав два ежа, посчитали, что этого достаточно и забыв о "Тиррит", сейчас были сосредоточены выяснением отношений с эскадрой, так как сражение там развернулось нешуточное. Зелёный шар эскадры орианов уже зиял большими тёмными провалами, говоря о том, что несколько кораблей эскадры уничтожено; ещё несколько кораблей были окутаны серым туманом, говоря, что они имеют серьёзные повреждения; но и красных точек кораблей тхеттов заметно поубавилось, можно было даже сказать, что их осталось совсем немного - видимо потому и не было продолжения атаки на "Тиррит". И вновь было непонятно пассивное состояние актеона тхеттов.
Чтобы обойти пространство противостояния и подойти к расположению орианской эскадры с тыла, "Тиррит" потребовалось около трёх часов пути. Хотя Ромм и негодовал от нетерпения, наблюдая, по какой широкой дуге идёт корабль, но недовольства пилоту не высказывал, понимая, что более прямолинейный подход, может привлечь нежелательное внимание к себе со стороны актеона тхеттов, который, хотя и не принимал участия в сражении, но неторопливо скользил вдоль его границы, как будто давая понять "Тиррит", что соваться напрямую, небезопасно. Почему большой корабль тхеттов не принимал участия в сражении, Ромму было, совершенно, непонятно. Он смог измыслить лишь одно объяснение, столь странному поведению большого корабля тхеттов: у него было какое-то особое задание, которое он, непременно, обязан был выполнить и потому должен был остаться невредим или хотя бы - на ходу. Да и ежей он выпустил гораздо меньше, чем мог нести в себе, что тоже могло служить подтверждением догадки Ромма. Сражение в его глазах начинало приобретать некоторую странность.
Когда "Тиррит", наконец, оказался позади шара орианской эскадры, тот был уже настолько дырявым, что сердце Ромма, невольно, сжалось.
Ежи тхеттов, по-прежнему игнорировали появление нового корабля со стороны противника, будто считая его вне своей компетенции, отдавая его своему большому кораблю, который тоже вплотную приблизился к пространству сражения, но огня, по-прежнему не открывал, хотя его лазеры ближнего боя, вполне возможно, уже бы доставали до кораблей орианской эскадры.
В принципе, сражения, как такового сейчас уже и не было: остатки орианской эскадры висели дырявым шаром в пространстве, ведя достаточно интенсивный огонь в сторону, казалось беспорядочно, мельтешащих перед ними ежей, которые почему-то не спешили отвечать на выстрелы, будто чего-то ожидая, да и носились они перед орианской эскадрой на таком удалении, что выстрелы орианских кораблей, практически, не представляли для них какой-то ощутимой угрозы. Актеона нигде не было и куда и когда он исчез, для Ромма сейчас было полнейшей загадкой, так как он, в пылу обзора пространства сражения, выпустил его на некоторое время из вида, из-за его пассивности.
Оказавшись в некотором недоумении от происходящего и в обоснованной тревоге от исчезновения актеона, опасаясь нарушить кажущееся равновесие сражающихся сторон, Ромм решил вначале связаться с командиром эскадры и получить у него разъяснение сложившейся в пространстве ситуации, а уже затем вступать в бой.
- Попытайся связаться с бригаденом Флоссом. - Приказал он, бросив короткий взгляд в сторону пилота.
Прошло несколько мгновений, но никаких голограмм с изображением Флосса перед Роммом не появилось.
- Я приказал...
- Трей командира эскадры не отвечает. - Перебил недовольный возглас Ромма пилот. - Видимо, он уничтожен.
- Свяжись с другим кораблём эскадры. - Резко произнёс Ромм недовольным голосом.
- "Тиррит" не имеет кодов доступа к другим кораблям эскадры. - Пришёл обескураживающий ответ от пилота.
- Свяжись с генералом Аллом. - Приказал Ромм с ещё большим недовольством, и выпрямился в кресле.
Прошло ещё несколько мгновений тишины в зале управления. Ромм интенсивно крутил головой, бросая, то негодующий взгляд в сторону пилота, то полный ожидания перед собой, в надежде увидеть вожделенную голограмму с генералом Аллом и уже было открыл рот, чтобы высказать своё негодование, при очередном повороте головы, как воздух перед его креслом будто пришёл в волнение и на этом месте, наконец, появилась голограмма в которой отображалось волевое лицо командующего космическим флотом орианской цивилизации.
