В данной ситуации военкоровские «корочки» только помеха — к ним отношение настороженное, и на «передок» их владельцев не пускают, за исключением самых отчаянных либо особо доверенных. Но наше фронтовое агентство уважают за дерзость и правдивость, поэтому готовы пропустить, только куда? В конце концов выход нашелся: на следующий день в те края идёт разведка, и они захватят наши «посылки». Отнеслись с пониманием: у каждого есть тот, кто надеется и ждёт.
Вчера вечером позвонил друг: груз доставлен по назначению (комбату), но с бойцом связи нет. Командир передал, что жив и здоров, домой не просится, тем более после разъяснения, что их военторг — в Киеве. Видео доставки груза обещали прислать к вечеру.
Массы и личность и их роль в истории. Марксизм-ленинизм предпочтение отдавал массам (народу), практика — личности. В армии роль командира исключительна. Недаром говорят, что если во главе прайда баран, то и все львы станут баранами, а если стадо баранов возглавит лев, то и баранам пальца в рот не клади.
Не успел вернуться, как незнакомые люди бросились с просьбой отыскать их сына. Он успел позвонить маме, что их рота в окружении, офицеры сбежали и они не знают, что делать. Первая реакция — послать куда подальше, потому что трусов не обслуживаю, сопли не вытираю, памперсы не меняю. Он ведь не из срочников — мобилизованный, по прежней службе знает, что если нет офицера, то командование принимает на себя кто-либо из бойцов. Видно, решительности ни у кого не хватило, потому и начались сопли и уныние. Но просьба матери — это святое.
Вызвонил своих друзей, оставшихся за «лентой», слёзно попросил помочь сходившим с ума родителям найти это «тело» и при удачном раскладе объяснить доходчиво, что негоже пугать папу с мамой. Ребята чертыхались, ругали на чём свет стоит «мобиков», но всё-таки взялись за дело. И о чудо: разыскали! К вечеру они сообщили: пятеро бойцов вышли, выбрались, вырвались, в том числе и этот звонивший, остальных будут вытаскивать. Но речь не о банальной для войны ситуации. Речь о моральной готовности сражаться и готовности умереть во имя Победы. Ты сделал выбор, ты пошел на войну, так будь добр соответствовать.
Под Камышевахой ещё летом дрались в окружении остатки батальона — семнадцать бойцов. Все офицеры погибли, связи нет, но бойцы продолжали сражаться. Один из них в темноте выполз на холмик и с пятой попытки смог дозвониться домой. Просил маму спасти его? НЕТ! Он просил через военкомат (!) связаться с командованием и сообщить, что батальон жив, сражается, но боеприпасы на исходе, и они готовы взорвать себя, но не сдаться. Они не уходили, потому что не могли вынести всех раненых (на двенадцать раненых всего пять здоровых!) и не хотели оставлять тела погибших командиров. Настоящих офицеров, и эти живые гордились погибшими.
Как повело себя командование — это отдельный вопрос, но ребят выручили соседи, и этот звонивший мальчик остался жив.
Практически ситуация один к одному, только в первом случае среди бойцов не оказалось личности.
Кстати, там же попали в окружение десантники. Они не смогли пробиться к своим, и никто не пришёл к ним на помощь. Когда у них закончились патроны, они взорвали себя вместе с ворвавшимися в дом врагами. Вечная им память!
P. S. Бардак, конечно, имеет место быть, поэтому вышедших бойцов мои друзья попытаются пристроить в другую часть. Беда в том, что в подразделения из «мобиков» командирами назначены тоже мобилизованные из числа офицерского состава. Многие оказались не на высоте. Некоторым для начала не мешало бы глотки закупорить. Были бы командирами нынешние кадровые — все было бы иначе, но на всех не хватает.
Не раз приходилось слышать стоны мобилизованных (!), что нет того или иного, что плохие офицеры, что не хватает БК и прочее. От солдат кадровых подобного НИКОГДА не слышал. Ничего идеального не существует, и каково общество, такова и армия: гниль и моральное разложение общества не могли не затронуть армию и остальные институты власти и управления. Но к каждому солдату командира не приставишь, и в бою зачастую боец самостоятельно принимает решение. Вывел солдат своих товарищей из окружения — стал командиром. Сумел организовать контратаку — стал командиром. Смог удержать бойцов от паники — стал командиром. Нечего оглядываться и искать плохих-хороших командиров: сам будь достойным.
Это краткий пересказ слов генерала, приводившего в чувство подрастерявшихся бойцов. Не бежавших, нет, просто дрогнувших. А офицеров действительно не хватает: пуля не выбирает по званию и должности, но так уж случается, что командиров выбивают первыми.
И ещё пример из жизни армий ЛДНР. Специально не называю ни полк, ни батальон — сейчас они воюют на загляденье. Но был момент, когда ещё не выкристаллизовавшийся в единый монолит батальон не пошёл в атаку на занятие села. А когда по нему ударили из миномётов — побежал.
