Неизвестно чем может закончиться попытка защититься от самого себя. Особенно, когда тебе не оставляют выбора…
Annotation
Неизвестно чем может закончиться попытка защититься от самого себя. Особенно, когда тебе не оставляют выбора…
Контракт в наследство
Контракт в наследство
Чужое присутствие я почувствовал, как только незваный гость проник в дом. Еще до того, как он с грохотом наткнулся внизу на журнальный столик. Мерзавец шел наугад, ничем себе не подсвечивая, но при этом двигался довольно быстро. Рисковый парень.
Когда он начал подниматься по ступеням, я уже стоял на верхней площадке, прячась за угол.
Лестница не скрипела, но шаги чужака по лакированному дереву ступеней я слышал. Да и дыхание его, легкое, размеренное… Что ж, на слух я никогда не жаловался.
Очередной ворюга, не иначе. Совсем обнаглели. Как ему удалось мимо вышколенной охраны проскочить?
Шаги затихли почти у самого верха. Дыхание незнакомца стало неразличимым. Но я все же знал, что он неторопливо оглядывается: чуть слышно шуршали кончики его волос по ткани воротника, когда он крутил головой. Осторожничает. Пойдет дальше просто так, или трюк какой задумал?
Рядом со мной раздался сухой, но оглушительно громкий звук. Один, второй, снизу, сверху, сбоку… Пол-потолок-стена…Резкий щелчок по уху.
Секундное замешательство стоило мне преимущества. Я не успел уклониться от темного силуэта, что метнулся ко мне со стороны лестницы. И все завертелось. Пол, потолок, резные перила… Вниз по ступеням мы скатились вместе, в обнимку, и оказались между журнальным столиком и торшером.
Чувствуя острый локоть на своей шее, я попытался скинуть противника, но он, надо было признать, оказался соперником вполне достойным.
— Что это было? — прохрипел я.
— Правда хочешь знать? — уточнил незнакомый голос.
Напавший сидел на мне верхом, пресекая всякие попытки пошевелиться.
— Что это было? — повторил я, безуспешно пытаясь выпростать из-под себя руки.
— Шарик для пинг-понга. Незаменимая штука, когда нужно отвлечь внимание человека с твоими реакциями.
Он еще не договорил, а я уже проклинал себя последними словами. Пол-потолок-стена… Взбесившийся целлулоидный шарик, прыгучий и звонкий. Этот гад одолел меня с помощью белого пластикового мячика. Вот стыдобушка-то!
— Ну и… какого черта тебе от меня надо? — я постарался, чтобыголос звучал спокойно.
— Восстановить справедливость, — раздраженно буркнул противник.
Ах вот как, оказывается, это не просто ворюга, а робин гуд хренов. В любом случае, не объясняться же с ним. Но и освободиться я не мог. Казалось, что он предугадывает каждое мое движение. Это тревожило, но напугать меня не так-то просто.
Затренькала лежащая на столике трубка домашнего телефона.
— Если я не отвечу на звонок, это будет подозрительно, — просипел я, получив надежду на то, что он ослабит бдительность.
— Да конечно, — проворчал он, — Нужен ты кому-то, как же. Лежи не рыпайся.
Телефон верещал еще довольно долго, но наконец умолк.
— Сейчас вот что… — деловито проговорил незнакомец. — Я включу свет, мы посмотрим друг на друга, и тогда от мордобоя можно будет немного отдохнуть.
Он чуть привстал с меня и потянулся к выключателю торшера, я тут же дернулся, но соперник снова с силой прижал меня к полу и пригрозил:
— Только чур не рыпаться попусту!
Щелкнул выключатель. Я зажмурился: плафон торшера был направлен прямо мне в лицо.
Мой незваный гость наконец-то встал с меня. Я вскочил на ноги, готовясь одновременно и к атаке, и к обороне.
Противник смотрел на меня с неприязнью. Его наружность вызвала у меня некоторое замешательство. Сначала я даже не понял, что неладно. Наконец, до меня дошло, что рассматривая своего недруга, я практически гляжусь в зеркало. Одет он был иначе, вот и всё отличие.
— Ты, сволочь, кто такой?!
— Я здесь живу, — усмехнулся он.
— Да? Ух ты, здорово. А я тогда где живу? Какого черта ты делаешь в моем доме?
— Да что ты говоришь? — скривился двойник и устало вздохнул. — Твой дом? Может быть, ты даже скажешь мне, как твое имя?
Прошло несколько секунд прежде, чем я понял, что ответа не знаю. Паника подступила не сразу. Сначала я в растерянности оглядел узоры на ковре под ногами, изучил безупречно начищенные модные туфли двойника… Потом попробовал поговорить сам с собой. «Разрешите представиться. Меня зовут… Меня зовут…» Собственное имя выветрилось из сознания начисто. И вот тогда я испугался.
Я взглянул на торжествующую физиономию соперника.
— Вот видишь, — уже примирительно произнес недавний противник и даже сочувственно улыбнулся — Какие еще могут быть вопросы?
— Вопросов хватает, — пробормотал я.
Я попытался сообразить, где я мог так надраться, чтобы, во-первых, чудесным образом раздвоиться, а во-вторых, заработать себе такую необычную амнезию. Оказалось, я понятия не имею, что я делал сегодня с утра, а также и вчера, и позавчера… Припомнить происходящее я мог только с того момента, когда внезапно ощутил в доме чужое присутствие. Но в одном я был уверен точно: это мой дом. Я знаю тут каждую комнату, мне здесь хорошо и спокойно, и я не допущу, чтобы кто-то вламывался в мою жизнь. И никого не касается, помню я ее сейчас или нет.
