На Эреб отправляются в поисках богатства, а находят порой смерть, потому что планета ураганов не терпит слабость. И когда на единственной станции пропадает человек, обычных спасателей туда отправить нельзя, они просто не справятся. Разобраться в таинственном исчезновении предстоит кадетам Легиона, только-только приступившим к практике. Они относятся к этому как к очередной симуляции, пока не понимают: Эреб не принимает ставок меньше, чем жизнь.
«Северная корона» погибла. Огонь алым цветком полыхнул где-то внутри, вырвался наружу, распустил лепестки – и не стало величественного корабля. Металл расслаивался, плавился от грандиозного жара, трескались и рассыпались в пыль стекла, волна уничтожения проходила по залам и коридорам, превращая то, что раньше было высшим достижением человеческого разума, в бесполезный космический мусор. Взрыв родился в пустоте, которая не позволила распространиться звукам, но от этого, от оглушающей тишины, становилось только сложнее. Тишина будто намеренно принижала катастрофу, делая ее ненастоящей – и все равно оставляя необратимой.
Конечно же, внутри никто не выжил.
Альда всегда просыпалась на этом моменте, испуганная, растерянная. Она даже не бралась сказать, почему: потому что умерли все, кто ей дорог, или она сама, или всё сразу. Сон повторялся не впервые, и каждый раз после него телепатка обещала себе, что не поддастся вновь, что вернет контроль над собственной жизнью. Это же глупо и совсем непрофессионально – позволять какой-то иллюзии снова и снова выводить тебя из строя…
Она уже знала, что это иллюзия. Впервые увидев странный сон, Альда испугалась по-настоящему. Слишком уж ярким он был – как будто ее собственное воспоминание! И скорбь о случившемся была настоящей… Телепатка немедленно потребовала позвать к ней кого-то из команды, и ей не отказали. Потому что команда все еще была – и «Северная корона» все еще была.
А предсказывать будущее телепаты не умеют, это в академии сто раз повторяли. Альда пришла к нехитрому выводу: ее просто подавлял стресс, свалившийся на нее в последние дни. Он и населял ее разум чудовищами, за пределами ее камеры все шло своим чередом. Телепатка почти поверила в это, почти успокоилась, когда сон обрушился на нее снова.
Видение становилось навязчивым, а пожаловаться она никому не могла. Сейчас любую странность истолковали бы против Альды, сочли бы ее сумасшедшей, нестабильной… Комиссия такое учитывает, она все учитывает.
Поэтому приходилось справляться самостоятельно. Раньше это было бы совсем просто, у Альды хватало и знаний, и опыта, чтобы «починить» саму себя. Но теперь мешал проклятый блокатор… Возможно, именно на него ее мозг и реагировал ночными кошмарами, кто ж поймет наверняка?
Блокатор не давал ей использовать телепатические способности до решения комиссии. Игрушка была примитивная: прибор испускал постоянный сигнал, сбивающий естественные импульсы мозга. Альде это не вредило, разве что вызывало головную боль и раздражение. Да еще унижало – ведь по форме блокатор очень напоминал собачий ошейник, хотя никто его так не называл.
Ирония заключалась в том, что Альда могла бы легко избавиться от дурацкого устройства. Это для других телепатов блокатор становился настоящей проблемой, она-то была еще и телекинетиком! Так что на ее вторичную способность ограничения не распространялись, Альда все еще ее контролировала и могла раздавить ошейник за пару секунд.
Она предпочла этого не делать, потому что ситуация пока оставалась паршивой – но не критичной.
Альда давно уже подозревала, что однажды ей придется предстать перед оценочной комиссией. Это на первых миссиях она так волновалась, что не могла оценить собственные достижения. Потом до нее дошло, что предел пятьдесят третьего номера в иерархии, присвоенного ей после выпуска, она давно уже преодолела. Особенно очевидным это стало во время миссии на Нергале… Сложный разговор с представителями специального корпуса стал просто вопросом времени.
Вот только Альда надеялась, что этого времени у нее будет побольше! Даже не потому, что она волновалась, просто время в таких ситуациях тоже ложилось на чашу весов. Если бы она выждала еще несколько месяцев, а лучше – лет, ее прогресс не казался бы таким настораживающим, и повышение номера стало бы чистой формальностью. Может, обошлось бы совсем без комиссии, дело ограничилось бы приказом руководства!
Однако капитан Лукия решила иначе. Она отправила в комиссию полный отчет обо всем, что успела сделать Альда в составе экипажа. И вот эти сухие факты, перечисленные без каких-либо похвал или хотя бы комментариев, выглядели не слишком хорошо для телепатки. Вроде как капитан поступила правильно, согласно инструкции, и обижаться на нее за такое было глупо… Но Альда все равно обижалась. Может быть, наивно и несколько по-детски, зато честно.
Потому что для нее Лукия была не просто капитаном. Альда ею восхищалась – а еще прикрывала ее. Лукия тоже была не безгрешна, все в команде замечали, что она чувствует куда больше, чем подобает капитанам. Штатная телепатка могла и рапорт соответствующий подать, потребовать расследования…
