Соня вполне удовлетворилась полученной информацией, несмотря на возраст, она была столь же наивна, как и Людмила. Не сказал Алексей будущей теще и о том, что большую часть жизни провел в Козюлине. Яна, написавшая сценарий «пьесы», не хотела, чтобы у Сони возникли хоть какие-то воспоминания, плавно перетекающие в подозрения. Поэтому до того, как знакомить Алексея с Людмилой, ей пришлось проделать большую подготовительную работу. Свою комнату в коммуналке Алексей обменял на аналогичную в городке Ленинске. Можно сказать, отдал мыло, а получил шило. Учителя русского языка и литературы с радостью взяли в местную школу, дефицит педагогов, в особенности мужчин, да еще молодых, сейчас велик. Со стороны поведение Мирского казалось предельно глупым: сорвался с насиженного места и уехал в такое же захолустье. Но мы-то знаем, что все было проделано лишь ради одного. На вопрос Сони: «И где же ты живешь, чем занимаешься?» – Алексей спокойно сообщил: «Преподаю в Ленинске и обитаю там же, увы, в коммуналке».
Ни о каком Козюлине речи не было.
После свадьбы молодой муж некоторое время не работал, но потом он сказал теще:
– Выхожу на службу, не могу больше жить за ваш счет.
Соня уже была целиком и полностью очарована зятем.
– И чем думаешь заняться? – улыбнулась она.
– Пойду в школу, – вздохнул Алексей, – куда ж еще?
– Отвратительно, – пожала плечами Соня.
– А что делать? – грустно спросил Мирский.
– Мне Людочка говорила, что ты мечтал основать свое издательство, – хитро прищурилась Соня.
– Да, – с горящими глазами воскликнул зять, – только бессмысленно даже начинать этот разговор.
– Почему?
– Господи, Сонечка, – всплеснул руками зять, – вы даже представить себе не можете, о каком стартовом капитале идет речь!
– Знаешь, детка, – ласково улыбнулась теща, – деньги вполне можно найти. У меня кое-что припрятано из старых запасов, есть ценные вещички. И потом, квартира. Если мы продадим эти многокомнатные хоромы, то спокойно приобретем жилье, вполне достойное, на окраине, а разницу вложим в дело.
– Мне, право, неудобно, – забормотал Алексей, испытывавший в тот момент и впрямь легкий дискомфорт.
– Ерунда, – отмахнулась Соня, – я хорошо понимаю: ничего просто так не получается.
– Даже если хватит финансов на основание собственного дела, – зять решил спустить тещу с небес на землю, – то все равно мы не раскрутимся.
– Ты так полагаешь? – удивилась Соня.
– Да, издательств сейчас много, борьба между ними идет нешуточная, – Алексей начал растолковывать теще суть проблемы, – на чем прибыль будем получать? Нам нужны крепкие, стабильно пишущие авторы. Где их взять?
– Ну…
– То-то и оно! На рынке хорошо идут детективы и фантастика, – разгорячился Алексей, – только таких писателей по пальцам можно пересчитать, и каждый своим контрактом повязан.
– А в магазинах такое разнообразие, – задумчиво протянула Соня, – кажется, литераторов пруд пруди.
– Верно, – кивнул Алексей, – только они однодневки, наваляют книжонку и успокоятся. Прибыль издательству приносят стабильно пишущие трудяги, без заморочек и игры в гениальность. А таких наперечет. Вот Смолякова, например. Регулярно выдает книгу в месяц. Пашет баба, аки ломовая лошадь, по телику светится, интервью дает, никакой скандальной славы не имеет. Будь у меня такая авторша…
– Может, ее переманить? – спросила Соня.
Алексей вздохнул.
– Невозможно. Во-первых, Смолякова не дура и из «Марко» не уйдет, во-вторых, «Марко» не потерпит такого хамства и раздавит меня, я даже головы поднять не успею…
– Говоришь, фантастика хорошо продается? – неожиданно оживилась Соня.
– Да, – кивнул Алексей.
– Вот что, детка, – усмехнулась теща, – ты меня завтра в одно местечко сопроводи, но это секрет. Никому, куда отправимся, говорить не надо, даже Людочке, потому что твердой уверенности у меня ни в чем нет, одни предположения.
Заинтригованный Алексей привез утром Соню в незнакомый двор. Впрочем, теща удивила его еще раз. Сев в машину, она сказала:
– Сначала нам надо купить водки, бутылок пять.
– Зачем? – спросил зять, но Соня мягко его остановила:
– Потом поймешь.
Когда «Жигули», подаренные тещей Алексею, припарковались у детской площадки, Соня вышла, взяла пакет с бутылками и велела:
– Ты подожди тут.
Потом она окинула взглядом двор и воскликнула:
– Уму непостижимо! Тут совершенно ничего не изменилось, вообще!
После чего Соня исчезла в одном из подъездов. Алексей остался сидеть за рулем. Тещи не было долго, часа два, потом она вышла и поманила парня:
– Иди сюда.
Мирский послушно проследовал за ней и оказался в ужасно загаженной квартире. На диване спал грязный, пьяный старик.
Сонечка распахнула гардероб, Алексей увидел папки и старенькую портативную пишущую машинку «Колибри».
– Бери, – сказала теща, – вон он сколько их накропал! Думала, книг пять-шесть будет, а тут за тридцать штук. Не знаю, правда, все ли напечатать можно!
– Это кто? – вытаращил глаза Алексей.
