Координата Z полностью

«Да как же так? – хотелось воскликнуть все эти восемь лет. – Вы же так страстно играли белых офицеров, так горько рассуждали о трагедии Махно, так любили ставить в театре Михаила Булгакова, такими крестами себя осеняли в память о сражавшихся и погибших, – что с вами разом стало? Это ж такие же люди, но только не сто лет назад, а сейчас! Чего вы лицо воротите от их имён, от их трагедий?»

Показательна в этом смысле одна литературная семья.

Леонид Юзефович – замечательный писатель, человек, которого я считаю своим учителем, как бы он к этому ни относился, – написал небывалую книгу об одном из эпизодов Гражданской войны под названием «Зимняя дорога». Удивительно зримо была там дана прошлая братоубийственная война.

А его дочь – Галина Юзефович, известный критик и обозреватель, – оказалась готова отстаивать право на существование любых литературных сюжетов: о пионерах-педерастах, о комсомолках-лесбиянках, о гуманоидах и рептилоидах, – лишь бы не про ополченцев и ополченок. Потому что про ополченцев и ополченок, при каждом удобном случае так или иначе повторяла она, – это всё скучно, это всё никому не нужно, это никто не будет читать.

«Но о чём же писал твой отец? – всё время хотелось мне её спросить. – И почему то, о чём он писал, это было и нужно, и так интересно, – а вот это, происходящее сейчас, разом стало лишним, скучным и навязанным?»

Но дело, конечно, не в том экскурсоводе и не в этой литературной семье; это лишь единичные примеры из бесчисленной череды подобных.

Прогрессивные исследователи Михаила Булгакова презирают всех этих «ополченцев и ополченок». Прогрессивные исследователи Николая Гумилёва тоже презирают всех этих «ополченцев и ополченок». Прогрессивные исследователи Владимира Луговского – страсть как презирают. И автор книг о Пушкине и Блоке – и он презирает!

Их целая рать!

И лишь звучит в ушах, бесконечно воспроизводясь, этот ночной диалог: «А что это там за обелиск в ночи?» – «Да ополченцам, пропади они пропадом, не пойдём туда, темно уже… Давайте лучше молча помянем всех тех, кто пал в годы кровавой розни столетней давности…»

Да-да. Давайте.

Однажды русскоязычный поэт Аля Кудряшова переехала жить из Санкт-Петербурга в Германию.

Когда началась война, Аля Кудряшова сочинила стих и назвала его «Урок географии». Неплохой, кстати, стишок.

В этом стихотворении надо только одну строчку исправить – самую последнюю.

Дьявол, как известно, в деталях. Мы поправим одну деталь – и дьявола погубим.

Итак, дети, повторяем:

Монолог на тему, что́ сказали бы этой немецкой певчей птице – как минимум в Алчевске и Алуште – за эти её стихи, оставим при себе.

Монолог о том, что, пока о горе пел Донбасс, – Аля не посвятила ему ни строчки, – тоже пропустим.

Монолог о том, что она живёт и пишет свои складухи на земле, освобождённой русским солдатом под красным знаменем – за которое теперь на Украине сажают в тюрьму взрослых, а детей бьют, – опустим.

Аля как Аля. Ничему мы уже не удивляемся.

Новейшая российская история выучила нас простым вещам.

Демократия – это не про демократов.

Либерализм – это не про либералов.

В их мире у русских права голоса нет.

Но то, что они используют русский язык, чтобы сообщить нам об этом, – противно, конечно.

Дьявол стал изворотливей, изысканнее и работает тоньше.