- Это Моргел считал, будто я его невеста, - возмутилась она. - И ты меня не похищал. Я сама ушла, по собственной воле.
- А, да-да, - сказал Элдридж, чувствуя себя круглым дураком. - Ну конечно же... Как же - очень рад встрече с вами... - совсем уж глупо закончил он.
- Почему так официально? - удивилась девушка; - Мы ведь в конце концов муж и жена. Надеюсь, ты привез мне зеркальце? Вот тут Элдридж расхохотался и протянул девушке рюкзак.
- Пойдем домой, дорогой, - сказала она.
Он не знал имени девушки, но она ему очень нравилась.
- Боюсь, что не сейчас, - проговорил Элдридж, посмотрев на часы. Прошло почти тридцать минут. - Мне еще кое-что нужно сделать. Но я скоро вернусь.
Лицо девушки осветила улыбка.
- Если ты говоришь, что вернешься, то я знаю, так оно и будет, - и она поцеловала его.
Привычная темнота вновь окутала Элдриджа, когда он нажал на кнопку хроноката.
Так было покончено с Элдриджем II.
Отныне он становился Элдриджем I и твердо знал, куда направляется и что будет делать.
Он вернется сюда в свое время и остаток жизни проведет в мире и согласии с этой девушкой в кругу добрых соседей, среди своих книг и музыки.
Даже к Виглану и Альфредексу он не испытывал теперь неприязни.
Проходя по Второй авеню, Артур Гаммет решил, что денек выдался пригожий, по- настоящему весенний - не слишком холодный, но свежий и бодрящий. Идеальный день для заключения страховых договоров, сказал он себе. На углу Девятой стрит он сошел с тротуара.
И исчез.
- Видали? - спросил мясника подручный. Оба стояли в дверях мясной лавки, праздно глазея на прохожих.
- Что "видали"? - отозвался тучный краснолиций мясник.
- Вон того малого в пальто. Он исчез.
- Просто свернул на Девятую, - буркнул мясник, - ну и что с того?
Подручный мясника не заметил, чтобы Артур сворачивал на Девятую или пересекал Вторую. Он видел, как тот мгновенно пропал. Но какой смысл упорствовать? Скажешь хозяину: "Вы ошибаетесь", а дальше что? Может статься, парень в пальто и вправду свернул на Девятую. Куда еще он мог деться? Однако Артура Гаммета уже не было в Нью-Йорке. Он пропал без следа.
Совсем в другом месте, может быть даже не на Земле, существо, именующее себя Нельзевулом, уставилось на пятиугольник. Внутри пятиугольника возникло нечто отнюдь не входящее в его расчеты. Гневным взглядом сверлил Нельзевул это "нечто", да и было отчего выйти из себя. Долгие годы он выискивал магические формулы, экспериментировал с травами и эликсирами, штудировал лучшие книги по магии и ведовству. Все, что усвоил, он вложил в одно титаническое усилие, и что же получилось? Явился не тот демон.
Разумеется, здесь возможны всяческие неполадки. Взять хотя бы руку, отрубленную у мертвеца: вовсе не исключено, что труп принадлежал самоубийце, - разве можно верить даже лучшим из торговцев? А может быть, одна из линий, образующих стороны пятиугольника, проведена чуть-чуть криво - это ведь очень важно. Или слова заклинания произнесены не в должном порядке. Одна фальшивая нота - и все погибло! Так или иначе сделанного не вернешь. Вельзевул прислонился к исполинской бутыли плечом, покрытым красной чешуей, и почесал другое плечо кинжалообразным ногтем. Как всегда в минуты замешательства, усеянный колючками хвост нерешительно постукивал по полу.
Но какого-то демона он все же изловил.
Правда, создание, заключенное внутри пятиугольника, ничуть не походило ни на одного из известных демонов. Взять хотя бы эти болтающиеся складки серой плоти... Впрочем, все исторические сведения славятся своей неточностью. Как бы там ни выглядело сверхъестественное существо, придется ему раскошелиться. В чем, в чем, а в этом он уверен. Нельзевул поудобнее скрестил копыта и стал ждать, когда чудное существо заговорит.
Артур Гаммет был слишком ошеломлен, чтобы разговаривать. Только что он шел в страховую контору, никого не трогал, наслаждался чудесным воздухом раннего весеннего утра. Он ступил на мостовую на перекрестке Второй и Девятой - и... внезапно очутился здесь. Непонятно, где именно.
Чуть покачиваясь, он стал вглядываться в густой туман, застилающий комнату, и различил огромное чудище в красной чешуе; чудище сидело на корточках. Рядом с ним возвышалось что-то вроде бутыли - прозрачное сооружение высотой добрых три метра. У чудища был усыпанный шипами хвост - им оно теперь почесывало голову - и поросячьи глазки, которые уставились на Артура. Тот пытался поспешно отступить назад, но ему удалось сделать лишь один шаг. Он заметил, что стоит внутри очерченной мелом фигуры и по неведомой причине не может перешагнуть через белые линии.
- Ну, вот, - заметило красное страшилище, нарушив наконец молчание, - теперь-то ты попался.
Оно проговорило совсем другие слова, звуки которых были совершенно незнакомы Артуру. Однако каким-то образом он понял смысл сказанного. То была не телепатия: словно Артур автоматически, без напряжения переводил с чужого языка.
