Копай, Ами, копай… полностью

Хилик: Хорошая машина. Еще пригодится, вот увидите. Если враг не сдается, его…

Ами: Наверх! Наверх! Марш!

Хилик уходит. Сироткин опасливо осматривает заваленный пролом.

Сироткин: Ами, а они не вернутся?

Ами: Что они, дураки — возвращаться в обнаруженный туннель? Да и некому там возвращаться. После такого взрыва у них наверняка на десятки метров обрушилось. Завалило дурачков, отхрюкали своё… Пошли к ребятам.

Уходят, возвращаясь в серый безостановочный круг в глубине сцены. Немного постояв, к ним присоединяется и Человек-с-лопатой. Затем начинают шевелиться две серые фигуры на авансцене у правой кулисы. Один из землекопов достает карманный динамо — фонарик и откидывает капюшон. Это Лео. Он принимается трясти за плечо своего товарища.

Лео: Карподкин! Карподкин! Очнись! Ты жив? Карподкин!

Карподкин(очнувшись): Что это жужжит?

Лео: Фонарик…

Карподкин: А… а где лампа? И где мы? И что это за комната?

Лео(плаксиво): Лампа, комната… Какая комната?.. Нас завалило, Карподкин. Ты что, ничего не помнишь?

Карподкин: Погоди… Помню, копали. Потом… потом…

Лео: Потом была смычка! Смычка, которую мы так ждали! Почему они это сделали, Карподкин?

Карподкин: Кто?

Лео: Борцы за свободу Полосы! Почему они нас взорвали? Ведь ты же кричал им «Ахрам — бахар!» А они…

Карподкин(мрачно): Кричал?

Лео: Кричал!

Карподкин: Значит, плохо кричал… Не с тем акцентом… (шарит вокруг руками, повсюду утыкаясь в песок) Завалило, значит. Эх…

Фонарик гаснет.

Карподкин: Что такое?

Лео: Рука устала. Когда мы пойдем домой, Карподкин?

Карподкин: Дай мне. (берет фонарик, начинает жужжать)

Лео: Спина затекла… и дышать трудно. Когда мы уже будем выбираться, Карподкин? А то я устал что‑то. Затек весь, не выпрямиться.

Карподкин: Повезло тебе, Лео.

Лео: Почему?

Карподкин: Воздуху тут мало. Может, час протянем, может, меньше. А если бы счет на дни шел, то я бы тебя съел.

Лео: Съел? Меня? (смеется)

Карподкин: Ну да. Ты тут один съедобный. Не песок же жрать.

Лео(начиная тревожиться): Карподкин, я хочу наверх. Ты вот шутишь, а мне и в самом деле дышать нечем. Куда копать, в каком направлении?

Карподкин: Никуда, идиот. И не шучу я. Мы с тобой трупы… Только не дергайся, ладно? Эй! Не дергайся, хуже будет. Перестань! Лео!

Охваченный внезапной паникой, Лео начинает судорожно и бестолково дергаться; Карподкин старается успокоить его, хватая за руки и прижимая к себе.

Карподкин: Тихо, парень, тихо… Все‑таки нужно было тебя сразу придушить. Смотри, сколько ты воздуха зря сожрал… Тихо, тихо…

Лео(обмякнув): Карподкин… Я хочу выпрямиться, Карподкин. Вытянуть ноги. Ну, пожалуйста…

Карподкин: Выпрямиться?.. Погоди. Слушай меня. Придется делать все очень медленно и без паники. Сможешь? Упрись здесь. Молодец… А рукой перекладывай песок отсюда… вот сюда… потихонечку, полегонечку. Умница…

Лео(вытягиваясь во весь рост, блаженно): Хорошо‑то как стало…

Карподкин: Ну, это смотря от чего отсчитывать. Где тут твоя шея?

Карподкин наваливается на товарища и душит его. Затем, разжав пальцы, шумно принюхивается и фыркает.

Карподкин: Фу — у… навонял‑то… Ну, ты и гад, Лео. Последние глотки кислорода отравил. Прямо как тюбик, честное слово. Тут нажмешь, там вылезает…

Поворачивается на спину и затихает. Из правой кулисы входит Человек-с-лопатой и, опершись на лопату, смотрит на два неподвижных тела.

Человек-с-лопатой (в зал): Мне трудно сказать вам, отчего он умер — от вони или от недостатка воздуха. Да и какая, собственно, разница? Скорее всего, от того и другого вместе. Как жил, так и умер. Концы ведь всегда в итоге сходятся к началам, не так ли?