Журналист Дэвид Оуэн рассказывает историю изобретения, без которого немыслима жизнь современного офиса – копировального аппарата. Уникальный случай: он был создан усилиями практически одного человека. Поразительное упорство изобретателя Честера Карлсона принесло ему славу второго Гутенберга и избавило тысячи людей на планете от изнурительного переписывания документов. Автор прослеживает путь Честера от первого ксерографического аппарата, изготовленного в 1938 году, до создания гигантской корпорации Xerox, чье название стало синонимом высочайшего качества и скорости копирования. Это захватывающее повествование о борьбе за реализацию грандиозного открытия, которое журнал Fortune позднее назвал «самым успешным товаром, который когда-либо продавался в Америке».
Переводчик
Редактор
Руководитель проекта
Компьютерная верстка и макет
Корректор
© David Owen, 2004
Издано по лицензии Susan Schulman A Literary Agency и литературного агентства Andrew Nurnberg
© ООО «Альпина Паблишер», 2013
Дивился каждый помыслу Вождя,
Равно тому, что не придумал сам
Подобный способ; многим бы казался
Он прежде невозможным, но теперь
Сочтен разумным.
Мы сами являемся клонами-копиями. «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и подобию Нашему». Живой организм, начиная с ДНК и далее, является копировальной машиной. Суть жизни – отличие между нами и песком – в воспроизведении.
Копирование является двигателем цивилизации: культура – это точно воспроизведенное поведение. Самым древним копировальным устройством, изобретенным людьми, является язык, механизм, с помощью которого ваша идея может стать моей. Мы отличаемся от шимпанзе тем, что речь, благодаря своей неукротимой энергии воздействия, тиражирует наши мысли, пока не найдется человек, который не доведет самые ценные из них до когнитивного уровня.
Вторым великим копировальным устройством стала письменность. Когда шумеры с помощью пера трансформировали устную речь в знаки на глиняных табличках, они наглядно расширяли систему человеческих коммуникаций, созданную языком. Письменность освободила процесс копирования от необходимости непосредственного контакта. Она сделала мышление постоянным, гибким, мобильным и бесконечно воспроизводимым процессом.
Цивилизация развивалась со скоростью копирования. Один знак на глиняной табличке становился двумя; два знака – четырьмя; а четыре – восемью. Как любое дублирование, размножение копий происходит сначала медленно, постепенно усложняясь со временем. Менее чем тысячу лет назад – через четыре тысячелетия после шумеров – один грамотный полиглот смог бы прочесть все написанные в то время книги. Сегодня копируемый язык представляет собой такую необъятную инфраструктуру существования, что наше сознание может регистрировать лишь мелькание тени его теней. Стенд с новостями на Манхэттене содержит больше дублированного текста, чем легендарная Александрийская библиотека.
