Среди других взломов, которые произошли в тот год можно выделить серию атак на Слово Жизни, где хакер под псевдонимом Ivil h4x0r неоднократно менял название на
В 1996--97-ом так много говорили исключительно о взломах, будто бы специально с целью подчеркнуть хакерскую культуры и её героев. Возможно, самая успешная атака такого рода произошла 13 сентября 1998-го, когда сайт New York Times (работодатель Джона Маркова) был взломан и буквально весь был испещрён юмористическими сообщениями вперемешку с серьёзными. Группа HFG (Hacking For Girlies -- Хакинг для девчушек) говорили, что стоят за этим, и писали шуточки такого рода:
Наиболее ощутимым результатом этого стало то, что большое количество квалифицированных хакеров начало интересоваться политическими вопросами. Некоторые новые хакеры в то время начали изучать взлом сайтов с единственной целью: использовать свои навыки в политических целях. Раньше хакеры могли называть такие, мотивирующие на вторжения, причины, как тягомотина по телевизору. Часто говорили о том, что это сообщение владельцам компаний (в числе которых была лундская Netch, которую неоднократно взламывали) о том, что у них плохая безопасность.
Самой известной в Швеции акцией подобного рода, несомненно, является атака на ЦРУ 19 сентября 1996-го, тогда на главной странице сайта ЦРУ в США появились проявления симпатии к SHA (см. выше). Это произошло во время судебного процесса. Группа Power Through Resistance говорила о том, что истцы по делу (через прокурора Бо Скариндера) лгали о том, что на самом деле сделала SHA, и потому судебный процесс был несправедливым.[15] Другой случай, который повлёк "проявление сочувствия" произошёл, когда Йоэл Эрикссон был привлечён к ответственности и осуждён за попытку взлома рекламного бюро Spray 13 декабря 1996-го. Большинство хакеров считало, что Эрикссон стал жертвой заговора, организованного Сванте Тидгольмом[16] и рядом других людей из Spray, которые решили, что компании нужно "поймать хакера", чтобы похвастаться своим величием. Рекламное бюро, со своей стороны, говорило, что Эрикссон, во-первых, вторгся в их машины, а во-вторых, шантажировал компанию. В качестве доказательства шантажа, была представлена кассета со встречи с Эрикссоном, где он подписал контракт на консультации по вопросам безопасности. Окружной суд отклонил обвинения в шантаже -- эти обвинения были просто смешны, -- но признал вину в компьютерном вторжении,[17] так как Эрикссон не смог доказать, что получил на это разрешение от Тидгольма. Но ведь и Тидгольм, в свою очередь, также не смог доказать, что не давал разрешения.
В знак сочувствия Эрикссону совершается несколько атак, наиболее известная из которых атака на Aftonbladet, когда название заменили на
Итак, мы наблюдаем чёткую тенденцию к действиям из симпатий к различным хакерам, но со всё более политическим подтекстом, особенно в области правовой безопасности хакеров. В конце 90-ых был осуществлён ряд других подобных хаков ради всё более политизированных целей.[18]
