Долли Филдз засыпала его вопросами. Он частично удовлетворил ее любопытство, рассказав о событиях так, как их скоро осветят в прессе.
Молодая женщина была сражена.
— Какой ужас, — сказала она с отвращением. — А виновные установлены?
— Установлены, — уверил Франсис. — Их скоро арестуют.
Прекрасная техаска вновь почувствовала необходимость передвинуть ноги и сделала это без всякого смущения. Вид этой здоровой и прекрасно сложенной женщины заставил Коплана забыть об отпечатавшемся в его памяти жутком спектакле. Но присутствие очаровательной миссис Филдз, каким бы приятным оно ни было, вызывало у него различные чувства.
Американка сменила тему разговора и совершенно естественно спросила его:
— Где вы живете?
— Здесь. Останусь еще на несколько дней…
Веки ее дрогнули.
— Вместе с вашей женой?
— Я холост.
— О… Значит, мы соседи? Да это чудесно! Какой номер?
— Восемнадцатый. Вы не согласитесь выпить у меня стаканчик?
— Почему бы нет? Вы джентльмен, не так ли? — Джерри не стал бы возражать.
— Тем лучше, — отозвался Франсис, серьезный, как папа римский, вставая с кресла. — Пойдемте, я вас провожу…
Он обезоруживающе улыбнулся и добавил:
— Это говорит не инспектор полиции, а друг. — Долли Филдз окинула его загадочным взглядом.
— Я надеюсь, — весело ответила она, вставая. Они вошли в один из лифтов.
Несколько мгновений спустя они вошли в номер Коплана. Он широким жестом обвел свое владение и восславил его на испанский лад:
— Мой дом — ваш дом… Пользуйтесь им, как вам заблагорассудится. Ваши желания будут для меня приказами.
Она поблагодарила его легким поклоном и, пройдя по комнате, бросила взгляд в окно на сине-сиреневый океан.
Затем Долли повернулась к своему спутнику и взмахнула ресницами.
— Зачем вы привели меня к себе? — прошептала она влажными губами.
— Утолить вашу жажду, — невозмутимо ответил Франсис. — Разве вы не хотели пить?
Американка сделала раздраженное движение.
— Прекратите играть в кошки-мышки. Что конкретно вам нужно?
Коплан вытащил из пачки сигарету, закурил.
— Я хочу знать, не уехал ли Джерри в Пуэрто-Рико, — флегматично произнес он.
Молодая женщина прикусила губу.
— Туда, — согласилась она.
— Чтобы встретиться с Дэвисом?
Она отошла от окна и встала посреди комнаты. Коплан щелчком отправил сигарету за окно, подошел к Долли Филдз и взял ее за локти, чтобы привлечь к себе.
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— Я ненавижу Джерри, — сказала она, почти касаясь губами его рта.
— Браво, — прокомментировал Коплан. — Вы знаете Дэвиса?
Она ответила ему долгим поцелуем, обвив его шею руками и прижавшись к нему. По жилам Франсиса прошел огонь, потом его мускулы напряглись. Он освободился, задыхаясь.
— Джерри очень ревнив, — не отступала Долли. — Он взбесился бы, если бы увидел, как я вас целую…
Она повторила поцелуй, приоткрыв губы. Ни один мужчина в мире не мог бы ускользнуть от этого колдовства. Коплан справился с головокружением, смешавшим его мысли в лихорадочном вихре. Женщина немного отодвинулась и прошептала:
— И если бы он увидел, что ты со мной проделаешь… и как я это приму… будь грубым, я это обожаю.
Коплан сопротивлялся, продолжая прижимать ее к себе, тогда как она подталкивала его к постели движением бедер.
— Какая цена? — немного насмешливо спросил он. — Подразумевается, что после я тебе что-то дам. Что?
Огорчившись в первую минуту ясностью ума этого неуязвимого человека, которого, как она считала, ей удалось погрузить в чувственное безумие, Долли Филдз проявила свойственный американцам реализм.
— Не будь злым, — взмолилась она. — Вычеркни меня из твоего списка. Не моя вина, что я участвовала в этой махинации. Теперь я чувствую, что она трещит по всем швам. Я не играла никакой роли… или совсем маленькую…
Она усилила давление на его тело, попыталась вновь завладеть губами Коплана, но тот уклонился.
— Дэвис прислал Джерри телеграмму? — мягко спросил он.
— Да…
— Кто из них главнее: Дэвис или Филдз?
— Скорее Джерри. Но он не босс… Он подчиняется кому-то, кого я не знаю.
— Он работает на ЦРУ? — Долли отодвинулась.
— ЦРУ? Ты бредишь. Его тошнит от президента, от всего, что исходит из Вашингтона.
— Тогда кто стоит у руля? Фидель Кастро?
Она пожала плечами, вздохнула:
— Не знаю. Клянусь тебе, я не знаю… Единственное, в чем я уверена: Джерри ужасный человек, полный пороков и опасный.
— Однако же ты за него вышла?
В черных глазах женщины сверкнул гневный огонек.
— Я мексиканка. Он меня изнасиловал. За какого еще мужчину я могла выйти?
Запах ее духов, прикосновение ее бархатистой кожи, гибкость ее талии наэлектризовали чувства Коплана. Но он продолжал, безжалостный к самому себе:
— Вы ездили недавно в Европу?
— Да.
— Куда?
— В Париж. И в Остенде, в Бельгию.
— Вы встречались в Париже с Эдвардом Трейси и двумя другими англичанами?
Она кивнула головой.
— А в Остенде?
— Он уехал один… И запретил мне выходить из отеля в свое отсутствие.
— А контрабанда оружия? — продолжил Коплан. — Твой муж охмурил одного мулата, Леонара Шене?
Долли проявила жестокую радость.
