— А если так и случится? — настаивал бородатый студент.
— Часовые должны их убрать.
На этот раз спрашивала Ана, голос ее был напряженным:
— Но каким образом?
— Убить из револьвера, — бросил Франсис. — В такой ситуации выбора нет: все или ничего.
Ана заметила серьезным тоном:
— Нам не хотелось бы проливать кровь наших соотечественников.
— Не сомневаюсь, но охранники прольют вашу не дрогнув.
Ана хотела пояснить свои доводы:
— Если вы убьете солдат, то моральная ценность этой акции резко снизится. Общественность осудит нас, а это противоречит нашей цели.
Взглянув на Зоридана, Коплан пробормотал:
— Если вы видите другое решение, я охотно его выслушаю. Я хочу лишь подчеркнуть, что третьего не дано: либо успешно выполнить операцию, либо всем погибнуть.
Зоридан сказал:
— Мы поступим, как вы скажете. Общественности хороша известно, что подобную акцию невозможно осуществить без нежелательных отрицательных последствий.
— Чтобы облегчить вам задачу, — предложил Коплан, — я готов стоять на часах с двумя другими вашими товарищами.
— Хорошо, — согласился Зоридан.
— И еще один момент, — продолжал Франсис. — Если у вас нет связи с санитаром, вы также можете столкнуться с любой неожиданностью… Предположим, что один из надзирателей по непредвиденным причинам отправляется в санчасть либо в прилегающее помещение. Как он вас предупредит?
— Посмотрим, — сказал Зоридан. — Нельзя предусмотреть непредвиденное…
— Смотреть нужно сейчас! — резко сказал Коплан. — На месте будет уже слишком поздно.
Зоридан пожал широкими плечами.
— Невозможно установить связь с санитаром, — отрубил он.
— Вы заблуждаетесь, — возразил Франсис. — Это вполне реально и, более того, легко. Я принесу вам передатчик, который можно спрятать в пачке из-под сигарет, и вы передадите его санитару. Он сможет посылать нам закодированные сигналы и таким образом дать зеленый свет.
Зоридан благодарно улыбнулся.
— Вы видите, что вы нам необходимы, — констатировал он.
— Меня отправили сюда, чтобы я вам помог, а я люблю чистую работу. Для задуманной вами операции недостаточно мужества и самоотверженности… Простите мое любопытство, Зоридан, но какая у вас профессия?
— Я — врач и чиновник. Другими словами, я инспектор по гигиене труда. Наше ведомство имеет двойное подчинение: Министерству здравоохранения и Министерству труда. Мои обязанности обеспечивают мне как большую мобильность, так и значительную самостоятельность.
— Прекрасно, — оценил Франсис.
Разговор продолжался еще около получаса. Договорившись о следующей встрече в субботу вечером, Коплан собрался уходить.
Ана, смотревшая на Коплана глазами, полными восхищения, с жаром заявила:
— Я провожу вас до бульвара Республики, но идти я буду впереди вас.
— Не беспокойтесь, — сказал Франсис. — Если вы объясните мне дорогу, я сам доберусь.
— Нет, — возразила девушка. — Послезавтра вы пойдете этой же дорогой. Я покажу вам.
В разговор вмешался Зоридан:
— У полицейских очень наметанный глаз, они моментально узнают иностранцев. Последнее время снова стало действовать постановление, касающееся отношений между румынами и иностранными гражданами. Особенно в городах.
— Я не стану вас упрекать в излишней предосторожности, — обронил Коплан.
Весь следующий день Коплан посвятил официальной деятельности, которая оправдывала его приезд в Бухарест и была прикрытием.
Вечером, после ужина, он поднялся в свою комнату и рано лег спать. Ему не хотелось привлекать к себе излишнее внимание.
В субботу утром, прежде чем отправиться за посылкой к ZB-11, он прогулялся вокруг тюрьмы Лупеаска, чтобы осмотреться. Теперь он имел представление о размещении казарм, полигона для стрельбы и других зданий, выходящих на шоссе Домнести. По обе стороны шоссе, не доходя до казарм, располагались два кладбища, на которых в это время года было много посетителей, создающих в квартале оживление.
У Савеску все прошло нормально. Страховой агент получил посылки, отправленные на имя Фредерика Шамби.
Коплан сказал румыну:
— Часть товара я оставляю у вас. Если он мне понадобится, я вернусь за ним.
— Приходите когда угодно. В ближайшее время я буду в городе.
Разложив по карманам содержимое посылок, Коплан ушел.
Вечером, поужинав в одном из ресторанов в центре города, он направился условленным маршрутом в дом Ланда.
Когда он пришел к своим друзьям-конспираторам, он сразу понял, что что-то случилось. У Жоржа Зоридана, Иона и Аны Ланда были расстроенные лица.
Зоридан сообщил Коплану:
— Все пропало… По неизвестным причинам оба наших заключенных из Лупеаска были переведены сегодня в семнадцать часов в другое место. Их увезли на лимузине службы безопасности.
Коплан не мог сдержать разочарования.
— Я говорил вам, Зоридан, что события не всегда развиваются согласно разработанному плану.
Врач усмехнулся:
— Я думал над вашими словами. Но это поистине превосходит всякую непредсказуемость. А как тщательно все было продумано!
Чтобы развеять тяжелую атмосферу, Коплан спросил Жоржа Зоридана:
— Что вы собираетесь делать теперь?
— Право, не знаю. У меня опустились руки. Я отправил одного человека к Хора за инструкциями.
